ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

15 вопросов для Ксении Лавровой-Глинки

Пресс-служба МХТ, 24.04.2015
- Ксения, какие события повлияли на выбор профессии?

 — Я из театральной семьи, театр у меня был всегда. Не было ни одной секунды без театра. Дедушка — артист, папа — артист и режиссер театра в Кимрах Тверской области. Театр никогда не был откровением, неожиданностью для меня. Равным образом не было и иллюзий по поводу моей профессии. Когда папа уезжал на гастроли, он меня с собой брал — меня с детства воспитывали как актрису, показывали все стороны театра, включая малоприятные. У меня были только сомнения, идти ли в театральный институт, есть ли у меня силы на это. Но авантюра все же случилась — в шестнадцать лет я из своего провинциального городка сорвалась и уехала поступать в Москву. Мало верила в успех. Но верила, что ничего больше я не хочу, никем больше я не могу стать, и я ничего больше не понимаю. Была только возможность развивать свои музыкальные способности — неплохо играла на скрипке.

- Еще ведь надо было себя уверить в том, что есть талант?

 — А я не уверена в этом до сих пор. Это каждый раз проверяется на деле. Или кто-то мне об этом говорит. 

- Как провинциальному человеку далась Москва?

 — Время было чудовищное: девяностые годы. Было страшно. Не понимаю вообще, как меня мама отправила из очень камерного городка, где все друг друга знают, в эту кошмарную Москву. Мне было некомфортно, все пугало, я была очень маленькая тогда. В любой удобный момент я срывалась и ехала домой на электричке. Максимально оттягивала расставание с домом. Постепенно, за время учебы в Школе-студии, я привыкла. Безумно люблю Москву, и мне кажется, что этот город — единственный для меня. Жила я много где, в том числе и за границей. Но Москва — это все равно город моей любви. Вот стою на Большом Каменном мосту и вижу закат — ну потрясающе! Москва, я тебя люблю. Исколесила ее вдоль и поперек на машине.

- Педагоги Школы-студии МХАТ сейчас говорят о том, что растет новое актерское поколение, у которых нет кумиров. А к какому театру вы себя готовили?

 — Я из поколения, когда кумиры были. А у совсем молодых это прекрасно! Сейчас я работала со стажерами Художественного театра — я была поражена, у новых артистов нет рамок воображения. Их мысли, их полет фантазии — такая свобода! Я даже притихла, поутихла. Только подсматривала, подслушивала. Когда я выхожу на сцену МХТ, чувствую трепет — мне дали право на ней постоять. Особенно когда спектакль хорош и сыграли мы его хорошо, я практически всегда на поклонах рыдаю — мне очень свойственно ощущать счастье пребывания на сцене. А уж если тебя Олег Павлович похвалит, то совсем… А вот молодежь другая совсем, они свободнее. Это хорошо, должно все развиваться. Мне лично нравится всё, что талантливо. Я готова фантазировать, делать что-то несвойственное. Готова со вниманием смотреть и слушать то, что делают молодые.

- Сложно актрисе скрывать трепет?

 — Да. К счастью или к сожалению, хоть у меня уже и есть некоторый опыт, мне все страшнее и страшнее вступать на сцену. Помогает валокордин. С годами больше ответственности, больше ожиданий у зрителя. Страшно разочаровать публику, схалтурить. Переживаю, если магии не случилось — это бывает редко у нас, но в эти моменты я всем родственникам жалуюсь, начинаю разбирать ситуацию. 

- Вы в ролях в МХТ стали часто совмещать драматическую игру с мюзикловыми номерами. Вам это нравится?

 — Я обожаю. Даже не спрашивайте, какой спектакль люблю больше. Я обожаю свою странную «Шагу» — спектакль с трансформацией даже моего сознания, с испытанием для моей актерской природы. Обожаю другую роль в «Преступлении и наказании». Люблю и «Трёшку» («Трехгрошовую оперу»), и «Зойкину квартиру». Если я могу петь и если мне это доставляет удовольствие, то почему не петь?

- Какой совет ваших учителей вас поддерживает сегодня?

 — Олег Павлович один раз нам сказал такую фразу: «Ребята, думайте, думайте, поезд может уйти, а вы можете остаться на перроне». Это в моем студенческом сознании тут же визуализировалось: ведь я все время в Кимры ездила на электричке. И сегодня я не делаю ничего нарочно, чтобы куда-то залезть, пролезть. Вот всё идет как идет. Но все равно надо что-то делать, чтобы не остаться на перроне.

- Есть ли у вас самозапреты в творчестве?

 — Я не люблю пошлости.

- Пошлость у каждого своя.

 — Да. У каждого режиссера есть своя пошлость! Я бы сказала, что пошлость — это неоправданный излишек выразительности. Когда режиссер выражается ради самовыражения. Когда делают чрезвычайно яркую картину. Иногда артисты даже с этим борются, восстают против режиссера. Режиссер что-то придумал, а это не входит в канву спектакля, без этого можно обойтись, лучше сделать лаконичнее, но глубже и ближе к смыслу.

- Самая странная зрительская реакция в вашей карьере?

 — Я очень люблю общаться со зрительным залом во время спектакля. Например, в «Шаге» есть дозволенная режиссером возможность живого диалога. Люди отвечают, с ними работаешь. В «Трешке» я бомжихой тоже выхожу в зал, кто-то идет на контакт, кто-то закрывается, кто-то боится меня, кто-то откровенно грубит. Интересные реакции!

- Вас когда-нибудь ставили в тупик зрители?

 — У меня нет никаких заготовок. Даже если ставят в тупик, выворачиваешься. На всё есть юмор. Юмором можно спасти любую ситуацию, и на сцене и в жизни.

- Что вас заставляет злиться, грустить?

 — Когда людям наплевать. Это самое непростительное. Равнодушие. Если в семье равнодушие, надо разводиться, если в зал приходят люди с вызовом, с претензией, пусть лучше уйдут. Бывает и в артистах такое – тогда надо в кафе идти работать.

- Из чего состоит ваша жизнь, кроме театра? Какие у вас увлечения?

 — Да нет у меня никаких увлечений. Дети растут, вот мои увлечения. Я хочу быть счастливой. Все делаю для того, что жизнь моя была счастливой, полной, проходила в поездках. Меня на всё не хватает. Я чрезвычайно ленива.

- Куда вы любите путешествовать?

 — Я обожаю Россию и не перестаю в этом признаваться. Есть возможность путешествовать с театром — Дальний Восток, Урал. Странные, разные города. Это так интересно и иногда страшно одновременно. Люблю Золотое кольцо. Если мне нужно перезагрузить мои внутренние файлы, мы садимся в машину и на день-два едем в Углич, Суздаль, Ростов Великий. Меня это волнует. И про людей больше начинаешь понимать — это для сцены очень важно. Жизнь ведь не такая, как в Москве.

- Что такое для актрисы ждать?

 — Это самое страшное, что есть в нашей профессии. Я сейчас буду рыдать. Легче переносить неудачи, страдать от них, разбираться в них. Все равно что-то делаешь. А вот ждать роли, ждать удачи, ждать своего часа — с этим наша профессия не разделима. Здесь знак тождества. Это самое тяжелое – в эти моменты только родственники, близкие спасают. Одиноким актерам это переносить тяжелее. Моя жизнь заполнена, есть чем заниматься. Я еще кому-то нужна, кроме театра.
Пресса
Дюжев, Дужников, Бурковский и Трухин. Репортаж с гастролей, видеосюжет телеканала ЕТВ (Екатеринбург), 17.01.2017
Завод по оздоровлению людей, Татьяна Никишина, Аргументы недели, 16.06.2016
Ксения Лаврова-Глинка: выше, стройнее, элегантнее, Марина Зельцер, Вокруг ТВ, 24.06.2015
Сдаю тело в аренду персонажу, Татьяна Никишина, Аргументы недели, 15.08.2013
Чистосердечное непризнание, Алла Шендерова, Коммерсант, 19.04.2012
«Преступление и наказание»: «выход» есть только у зрителя, Эмилия Деменцова, Комсомольская правда, 18.04.2012
Объяснение в любви на придуманном языке — «Шага» в МХТ, видеосюжет телеканала «Культура», 14.04.2011
Бред втроем, Ада Шмерлинг, Известия, 8.04.2011
В МХТ имени Чехова покажут пьесу Маргерит Дюрас «Шага», видеосюжет телеканала ТВ-Центр, 27.11.2010
МХТ дает шанс покаяться, Любовь Лебедина, Трибуна, 8.04.2010
«Титаник» класса «Волга-Волга», Елена Дьякова, Новая газета, 29.03.2010
Новый взгляд на классическую пьесу, Гуля Балтаева, видеосюжет телеканала «Вести-Москва», 23.03.2010
«Васса Железнова» в МХТ — царство мрачного матриархата, Нара Ширалиева, видеосюжет телеканала «Культура», 23.03.2010
Как сфотографироваться с Хабенским, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 7.09.2009
Непраздничная радость, Катерина Антонова, Театрал, 2.09.2009
Шаг по отвесной стене, Алена Карась, Российская газета, 31.08.2009