ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — СЕРГЕЙ ЖЕНОВАЧ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

У Табакова наполеоновские планы

, 1.09.2007
В свой 110-й сезон Художественный театр вступает не масштабно. Во всяком случае сбор труппы состоялся не на Большой сцене, а на Малой. Зато Олег Табаков влетает в сезон на бешеной скорости — накануне делал вводы в спектакль, ночью мчался из Углича, где «Табакерка» находилась на гастролях? Так что поймать его не так-то просто. И все-таки свое первое интервью он дал «МК».


Настроение — деловое. Лексика — конкретно-историческая. Говорит, что за 110 лет ни у государя императора, ни у вождя мирового пролетариата Ульянова-Ленина и тем более ни у коммунистических генсеков руки серьезно не доходили до Художественного.

 — В том смысле, что художественная выразительность находится в прямой зависимости от физического состояния театра, — говорит Олег Павлович. — Так что, выходит, до президента Путина никто не озадачивался выразительными возможностями МХТ. 
Большую сцену перевооружили еще в прошлом сезоне, в новом — займутся залом, что давно пора сделать: кресла неудобные, из середины партера плохо видно. Поэтому его уже закрыли, и труппа собирается в Малом зале.

- Что главное, Олег Павлович, вы скажете своим артистам? И кстати, сколько человек в труппе?

 — Сейчас 96. А скажу я им? да ничего нового, кроме того, что особенность последних двух лет (я имею в виду техническое обновление театра) сильно выбила нас из нормального рабочего ритма. Мы сбавили обороты, что неестественно сказывается на труппе: актеры меньше играют, меньше занята молодежь. Короче, Мариша, в два с половиной раза мы снизили объем работ.
С другой стороны, хотелось бы, чтобы в юбилейный 110-й сезон в Художественном появились и «Синяя птица», и «Царь Федор», и одна из пьес Гауптмана.

- Вот насчет Шекспира хотелось бы уточнить. То, что вы назначили Дмитрия Дюжева на роль Отелло в одноименном спектакле, вызывает, мягко говоря, удивление. Не боитесь, что молитва перейдет в фарс?

 — Театр должен рисковать. Когда он не рискует, температура крови его понижается. Но не я принимал решение насчет Отелло, а режиссер. Я лишь стараюсь внимательно помогать реализации замыслов. Вот сейчас в работе у нас Шеридан, Коуард, «Сорок первый» и рассказ, опубликованный в журнале «Дружба народов», — «Тутиш». Но надо сказать тебе, что пришло время серьезно подумать, как театру жить дальше.

- Что вы имеете в виду, Олег Павлович?

 — Театру вообще, а не только конкретно нашему. По моему разумению, будут выживать те, кто умеет приращивать себя, увеличивать капитализацию, что ли. Скажем, назрела проблема строительства филиала, новых мастерских. Неэффективно же в четырехстах метрах от Спасской башни иметь старые, пришедшие в негодность мастерские, где, если вставить проволоку в розетки, в лучшем случае случится замыкание, в худшем — пожар.

- А уже известно, где может быть филиал МХТ?

 — Сейчас не могу об этом говорить, но это недалеко, рассматривается два варианта. Я предполагаю организовать строительство внутри театра, точнее, на его территории. На месте старых мастерских должны появиться новые помещения. Там будут и цеха, и модуль для сборки декораций, так же департаменты театра. Так что, видишь, планы наполеоновские, но не надо забывать, что у меня через три года заканчивается срок контракта.

- Собираетесь ли вы в новом сезоне делать какие-то радикальные шаги?

 — Самый радикальный шаг — это вернуться к прежним нашим рабочим объемам: 3-4 спектакля — на Основной сцене, 4 — на Малой, 4-5 — на Новой.

- Что будет играть Олег Табаков? Он же любит играть?

 — Любит (смеется), но это не первоочередная задача. Я занят в «Коньке-Горбунке», буду, думаю, играть в американской комедии, отчаянно смешной. Это классика.

- Последний вопрос: успели передохнуть летом?

 — Очень мало. Сначала был в Саратове, а потом, с Мариной и Павлом, — в Вене, там, где 11 лет назад Павел начал ходить. Так что пошли по боевым местам детей.