ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Жулик на честном пиру

Валерий Бегунов, Современная драматургия, 1.07.2005
Может быть, за последнее время «Кукла для невесты» — один из самых «равновесных» спектаклей «Табакерки». Здесь и артистам дана возможность разгуляться, и режиссер Александр Мохов смог продемонстрировать многие свои умения и при этом вполне программно высказался по поводу нашей жизни.

И сценограф Ольга Шагалина, создавая театрально-условный мир, но с весьма подробно и точно проработанными реалистичными знаками, поддержала общий тон этой работы: такая вот «современная сказка», почти сказка… она, может, и ложь, но в ней непременно намек, и добрым молодцам… сами знаете что. И зал с удовольствием общается с театром. А театр в этом спектакле отвечает зрителям полной взаимностью, почти нигде не допуская вульгарности и пошлости, излишней вольности и не провоцируя амикошонства. При том, что не все и не всегда актеры на высоте и - при всей искренности — порой играют неровно.

Какое-то село или поселок… словом, место в глубинке, забытое Богом. Но тут живут люди. Всюду жизнь! Очень такая… «расейская». Потому что полное рассеяние мозгов и минимальной деловитости. Мозги пропиты, мастерство — не до конца. Поэтому самогонка получается классная. А поиск спиртного, даже когда за него нечем платить, происходит на уровне глубинного безошибочного чутья. Некая девушка Лиза собралась наконец замуж. За торгующего в городе зеленью (и не раз ее надувавшего) кавказца. Девушка Лиза — матерая: мужика на скаку остановит и горящую избу снесет. Потому как ей уже под сорок, и пойдешь за любого, чтоб все как у людей. Люди — рядом. Чудные. Соседский сын, сорокалетний Колька, с которым когда-то у Лизы «не случилось». Она с тех пор все еще девушка, а он все еще любит, ревнует, пьет и всех бьет. А она бьет его: потому что он бестолочь, отваживает от нее женихов и еще он за справедливость, что требует постоянно ввязываться в драки по всему селу. Мать Лизы, мастерица варить самогон и устраивать свадебные застолья, и соседский отец Kольки, Митрич, не дурак выпить, — оба теперь одиноки. И когда-то что меж них. .. Не важно? Нет, важно… Потому что старые чувства не ржавеют. Ведь в село явился международный аферист и мошенник Сергей. Случайно попало в руки ему письмо, писанное Митричу дальними родственниками. И он, Сергей, прикинулся воином, пострадавшим в Афгане, и теперь завернувшим к родне, по пути в Москву, а там и в Германию, на операцию, которую проплачивает наше Минобороны; но тут вдруг — облом по части платы, и надо «ехать на разборки»… Лиза, влюбившись впервые в жизни, отдает Сергею все… ну, накопленное к свадьбе, а он смывается. Аферу вскрыл пьяница Колька (хоть и задружился он поначалу с Серегой, но сердце чуяло правду). В итоге жениться отправились Митрич и Андреевна. Но и Сергей вернулся (он же не вор, а честный мошенник), и отдал неверное богатство. Лиза, не желавшая «чтоб как у всех» — куклы на бампере свадебной машины, осталась с огромной куклой-персонажем американского мультика — прощальным даром Сергея. Ибо это она хотела целовать Сергея, а он все сомневался, надо ли это ему… Самые сильные моменты в спектакле — дуэты Лизы и Сергея: ее тело выдает все ее чувства и надежды; а он, ясно понимая, какая перед ним женщина… какая неземная возможность потрясающей жизни… не уверен, что это ему нужно, и честно это показывает. В точной игре актеров… и как бы не в игре — тонкий юмор поверх легкой грусти и глубокой печали.

Я не столько пьесу Александра Коровкина пересказываю, сколько показываю то, как она поставлена в «Табакерке» Александром Моховым. В спектакле, как и в пьесе, есть все приметы того, какова наша сельская глубинка: вернее, того, как принято ее представлять и о ней рассказывать. Чуток ужасаясь, слегка журя, но по-доброму и сочувственно: что с них возьмешь, «дети гор»… то есть полей. Но за этим — своя правда жизни, правда чувств и ситуации. И Лиза Кристины Бабушкиной предстает во всей могучей красе нерастраченной женственности. Как она поет! И как могла бы любить… Кого?! Колька Сергеем Угрюмовым сыгран точно (хотя порой с пережимом): душа-то его заслуживает большой любви, но оболочка! «Старшие» — очень хорошие работы Владимира Краснова (Митрич, который умеет только орать и запрещать, но вовсе бестолковый воспитатель) и Раисы Рязановой (Андреевна; хотя порой ее «хитрованное селянство» отдает городской окраиной) — эти «родители» построили такую жизнь, в которой ничего нет верного, а самый лучший из мужиков, Серега, — и тот мошенник. ..

Эта работа театра и драматурга доставляет много легкой (но не легкомысленной) радости. Прежде всего, радуешься за автора. Коровкин приобрел мастеровитость, уверенное, осознанное владение ремеслом. Реализует замысел лаконично, емко, точно. (Правда, сама «затравка» с найденным письмом выглядит очень условной или, скажем, неточно прописанной в пьесе. Но режиссеру удалось сделать это не очень заметным.)

Тут и масса режиссерских и актерских комичных, «а ля рюс этнография», трюков, умело вписанных в тесный пятачок сцены, на которой художник уместил стык двух соседских дворов — некуда уединиться, никакого интима, все на глазах людей… Поводом для актерской игры становится и фактура актера: «качок» Сергей срывает аплодисменты виртуозной игрой с топором.

На этом можно было бы и закончить. Но есть еще кое-что, требующее продолжения разговора. В конце, разрубив топором объявление о своем розыске (вроде как «отсекая» прошлую жизнь), Сергей затихает в одиночестве и раздумье. Сороковник почти, пора остепениться. Но он не знает: стоит ли эта жизнь, тут, такая, как она есть, того, чтоб в ней укрепляться. И никаких чувств ни Лизе, ни, прежде всего, самому себе он не обещает… Сергей — добротная работа Александра Фисенко. Но порой не ясно: разобрались ли режиссер и актер, кого нам показывают: сельского прохиндея, пусть и ушлого, или все же это интеллектуал мирового уровня? Все же парень из села, а до чего дорос! Учит селян деловитости, чести, объясняет политическую и социальную проблематику и так доходчиво говорит о внутренней вине, о психологической подоплеке такой нашей росcийской жизни.

Если всерьез, без боязни погружения на дно, вдуматься в суть, в смысл предложенной автором ситуации, то она видится гораздо более трагически-неопределенной (если не сказать — безнадежной), нежели трагикомической. Извращенность и печаль нашей жизни еще и в том, что «правду режет» прохиндей… И все же автор относится к своим героям и к их бытию не осуждающе, а сочувственно-добродушно. А режиссер и актеры доносят до зрителя в полном объеме и богатстве оттенков (и даже слегка усиливают) этот ироничный, но сердечный и добрый взгляд на персонажей сыгранной истории. 

Возможно, сейчас не случайно очень многие театры избирают такой стиль общения со зрителем. По крайней мере, с большинством зрителей. Возможно, ныне проповедническая функция театра, «огненное вещание с кафедры», «обвиняющая проповедь» должны отойти на второй план, уступив первую линию (частью вынужденно, частью неизбежно) иной корневой способности театра: освобождать душу от суеты и скверны жизни, просветлять ее надеждой. Зрителя при этом не уводят от правды жизни. Ведь ни театр, ни драматург не молчат о темных сторонах жизни и людской природы. Хотя «злодеи» — плуты и краснобаи политики, мошенники-начальники, чинуши-мздоимцы, «плохие» генералы — не показаны; но они все время присутствуют в сюжете, они влияют на судьбу персонажей. И все недостатки персонажей, личные и типические, включая бессмысленное пьянство, безалаберность, нежелание ни во что вдумываться, тоже не прячутся. Но дело в том, как об этом говорить. Спектакль «Табакерки» — не язвящая социальная проповедь или сатира. Здесь легкая — и при этом вполне откровенная и честная — ирония одета флером легкого сентимента. Да, такой способ повествования. В мировой культуре у него своя традиция — О?Генри, в немалой степени М. Твен, еще больше Дж. К. Джером. Можно вспомнить и фильм «Игрушка» с П. Ришаром… Эта манера в чем-то, по-моему, более честная, чем иные нынешние авангардно-экспериментальные изыски. Порой среднестатистическое новаторское формотворчество оказывается самым нaстоящим эскапизмом: иные художники (и часть ценителей искусства) откровенно отгораживаются от житейских и духовных проблем опытами с формой (как и развлекательной спекуляцией на «черном» житейском гиперреализме).

И вот еще о чем хотелось бы сказать. Этот мошенник и брачный аферист Сергей… На каком-то совершенно неосознаваемом, но все же сказывающемся в роли уровне интуиции Александр Фисенко играет Сергея существом настолько самодостаточным и удовлетворенным своей житейской программой, что ему, если всерьез, не нужны «большие чувства», страсти, «вечные привязанности», погружение в устройство быта, дома, семьи, «гнезда». Его «дело» — вот его страсть. В него, во взаимоотношения с ним он и погружен до предела. Он может остро чувствовать, проявлять все — и плохие, и хорошие стороны своей натуры. Он может сильно влюбляться. Возможно, глубоко любить. Но. .. Его «жизненный путь самовыражения и самовыявления» для него всегда важнее. Он может сострадать и помогать. Но не привязываться надолго и не хочет привязывать к себе. Да, такой эгоцентризм. Ну, в этом сюжете такой самодостаточный человек — мошенник. А мог быть художником, учителем, геологом, руководителем, кем-то еще… (Как правило, это увлечения и таланты в тех делах, которые не тяготеют к оседлости.) Таких людей сейчас все больше, и они все заметнее. Они всегда были. Они — проблема взаимоотношений окружающих с ними. И об этом в прежние времена писали великие драматурги: эта тема в какой-то мере звучит в «Венецианском купце» и внятно прописана, например, в некоторых персонажах «Волков и овец». Такие люди естественным образом остаются холостяками. Сейчас цивилизация позволяет людям быть вполне независимыми друг от друга и семьи. (Кстати, и на российских сценах появляются спектакли, в которых режиссеры угадывают и выражают эту тему как раз через сюжеты Шекспира и Островского!) Не знаю, насколько осознанно думали об этом драматург Коровкин и режиссер Мохов, но и в пьесе, и в спектакле этот мотив есть. Впрочем, возможно, он просто естественным образом присущ материалу и житейскому сюжету, и благодаря точному, чуткому профессионализму получил возможность явить себя в пьесе, в режиссуре и в актерской работе.

Пока косвенно, намеком. Но мы, кажется, в преддверии того, что вскоре увидим на наших сценах художественную разработку очень интересной, неоднозначной и непривычной для нашего общества социальной и этической проблемы…
Пресса
Евгений Гришковец превратил театр в роддом, Зоя Игумнова, Известия, 10.04.2017
Гришковец представил спектакль «Весы» в МХТ, видеосюжет телеканала «ТВ-Центр», 24.03.2017
Евгений Гришковец представляет спектакль «Весы» в МХТ, видеосюжет телеканала «Культура», 24.03.2017
«Весы» в МХТ им. Чехова, Илья Золкин, Культура двух столиц, 23.03.2017
Табакову на юбилей подарили 80 арбузов, Марина Райкина, Московский комсомолец, 18.08.2015
МХТ – для всех и для каждого, Липецкая газета, 29.06.2015
«№ 13D» в МХТ им. А. П. Чехова, Алла Шевелева, Театральная афиша, 24.02.2014
«№ 13D». Интервью на фоне спектакля, телеканал «Театр», 18.02.2014
Когда Верник не улыбается, Марина Райкина, Московский комсомолец, 31.01.2014
«Чайка» № 13. Хлебная. В клеточку, Наталия Каминская, Петербургский театральный журнал, 25.01.2014
Машков вернулся в МХТ с новой постановкой пьесы «№ 13», видеосюжет телеканала «Мир 24», 25.01.2014
Палата общин № 13, Елена Дьякова, Новая газета, 25.01.2014
«№ 13D»: Чертова дюжина Владимира Машкова, Анна Балуева, Комсомольская правда, 24.01.2014
В МХТ вновь поставили спектакль «№ 13», видеосюжет телеканала «Москва 24», 22.01.2014
Режиссер Машков вернулся в МХТ со старым спектаклем на новый лад, видеосюжет телеканала «Россия 24» («Вести»), 21.01.2014
«№ 13D» — премьера спектакля Владимира Машкова в МХТ, видеосюжет радио «Голос России», 21.01.2014
В номерах…, Эмилия Деменцова, Театрон, 21.01.2014
Машков выкинул номер в формате 13D, Марина Райкина, Московский комсомолец, 18.01.2014
Театр-студия Олега Табакова отмечает четверть века, видеосюжет телеканала «ТВ-Центр», 1.03.2012
Love story а ля Достоевский, Ирина Шведова, Московская правда, 11.05.2007
Кто такой Некто?, Вечерняя Москва, 4.05.2007
Обманутые и соблазненные, Марина Токарева, Московские новости, 27.04.2007
Премия легкого поведения, Марина Шимадина, Коммерсант, 28.12.2005
Жулик на честном пиру, Валерий Бегунов, Современная драматургия, 1.07.2005
Кукольный дом, Алиса Никольская, Театральная касса, 18.04.2005
Любовь и жулики, Ирина Алпатова, Культура, 31.03.2005
Три вопроса Сергею Угрюмову, Артем Солнышкин, Досуг&развлечения, 31.03.2005
В НАРОДНОЙ ДРАМЕ ПОДДЕЛОК НЕ ЗАМЕЧЕНО, Петр Леонидов, Вечерняя Москва, 28.03.2005
КОГДА В ПОСТЕЛИ ЧУВСТВАМ ТЕСНО, Леонид Петров, Вечерняя Москва, 18.02.2005
Сирота армянская, Роман Должанский, Коммерсант, 24.11.2004
Невинность победила, Артур Соломонов, Известия, 23.11.2004
Праздник, который нельзя отменить, Елена Ямпольская, Русский курьер, 7.09.2004
Хотели как лучше…, Елена Ямпольская, Русский курьер, 9.07.2004
Троянский конь и другие, Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Взятие МХАТа, Екатерина Васенина, Новая газета, 16.10.2003
Гришковец осадил МХАТ, Нина Агишева, Московские новости, 14.10.2003
Байки из МХАТа, Итоги, 14.10.2003
Искренность важнее профессии, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.10.2003
Бойтесь ахейцев, дары приносящих, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 14.10.2003
Что тот солдат, что этот, Елена Ямпольская, Русский курьер, 10.10.2003
Утомленный Икар, Алена Карась, Российская газета, 8.10.2003
Мы еще повоюем, Александр Соколянский, Время новостей, 8.10.2003
Мифология в песочнице, Роман Должанский, Коммерсант, 8.10.2003
Кому нужен Троянский конь?, Светлана Осипова, Московский комсомолец, 8.10.2003
Евгений Гришковец перестал быть идиотом, Глеб Ситковский, Столичная, 8.10.2003
Их не догонят, Марина Давыдова, Известия, 16.01.2003
Земную жизнь пройдя до половины, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 13.01.2002
Городок в табакерке, Ольга Гердт, Газета, 9.01.2002