ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Художники

Художники по костюмам

Художники по свету

Видео

Заглянуть на дно обрыва

Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Пожалуй, сегодня трудно найти более старомодного автора, чем Иван Александрович Гончаров. Его-то и в школе проходят по обязанности, навсегда запоминая добродушного Обломова, утопившего свой талант в лени и таким образом превратившегося в имя нарицательное. Осколки детской памяти проецируются на взрослую жизнь, и вот уже кажется, что ничего нового о героях Гончарова сказать нельзя, разве только с высоты технического прогресса посочувствовать их однообразной жизни, где все разговоры крутятся вокруг пирогов, сенокосов, охоты, приданого.

Тем не менее один из самых современных режиссеров Адольф Шапиро инсценирует роман Гончарова «Обрыв» и ставит ультрасовременный спектакль на сцене Чеховского МХТ. Почему? Что за потребность такая, неужели мало современных пьес? Пьес-то полным-полно, а вот такого художественного языка, как у Гончарова, нет, и потом это так увлекательно — перекинуть духовный мостик из XIХ века в ХХI. Ведь какие бы ни велись разговоры — в их основе всегда лежит понятие счастья, ну и, конечно, любви, верности, дружбы. Люди могут ошибаться, блуждать в потемках, каяться и грешить, но в конце концов приходят к Богу. Все это есть в романе Гончарова, где под «Обрывом» подразумевается пропасть, куда падает человек, обуреваемый страстью, обрывая все нити с разумными доводами и неподкупной логикой. Ну а теперь скажите, разве это не современная тема? Только тут нет пошлости и наглядной агитации в вопросах секса, уличного сленга и модного «вербатим», когда не поймешь, то ли ты в театре сидишь, то ли реалити-шоу наблюдаешь в заплеванном кабаре.

Будучи культурным режиссером, коих остается все меньше и меньше, Адольф Шапиро подобрал для своего спектакля удивительную актерскую команду, в которой первым номером идут Ольга Яковлева и Станислав Любшин. Увы, время бежит так быстро, что даже не верится, будто эфросовская Джульетта уже играет бабушку, а герой «Пяти вечеров» Станислав Любшин — грустного соседа Тита Нилыча, постоянно вздыхающего о своем здоровье… Эта пара являет образец не только истинной дружбы между мужчиной и женщиной, но и нечто большего. В течение всего спектакля вы пытаетесь разгадать, почему они порознь, почему властная бабушка так снисходительна к своему элегантному поклоннику, а он целые дни проводит с ее внучкой Марфенькой (Надежда Жарычева). Но тайны сердца имеют свой код, они часто зашифрованы, чтобы не вспугнуть молодых, у которых все впереди: и разочарования, и половодья чувств, и ошибки. Каждый должен пройти свой путь, как молодой помещик Райский, приехавший в имение писать роман, но так и не закончивший его, так как безответное чувство к Вере натыкается на что-то страшное, звериное, несопоставимое с ликом милой девушки. Оказывается, будущая эмансипе в исполнении Натальи Кудряшовой влюблена в лохматого нигилиста Волохова, отвергающего все и вся ради свободы. В обнаглевшем герое Артема Быстрова есть что-то от русского хиппи, оставляющего после себя выжженную пустыню. И тут впервые начинаешь задумываться: неужели любовь обязательно предполагает долг, ответственность?..

Для писателя ХIХ века это так же естественно, как сохранение девичьей чести до свадьбы. Иначе бы он позволил Вере убежать вместе с Волоховым. И все же Гончаров дает Вере упасть на дно обрыва, то есть удовлетворяет ее страсть к сильному самцу, но не дает ей покоя и не отдает Райскому, как тот ни изводит себя приступами ревности. Значит, автор наказывает героиню, а может, наоборот, ставит ее на ту высоту, до которой ни одному мужчине не дотянуться? Адольф Шапиро выбирает второе. И не только потому, что в ее окружении нет достойных мужчин, включая столичного франта Райского в изломанной пластике Анатолия Белого, но Вера выбрала путь самостоятельной женщины, решающей все за себя, а это тяжкий крест, который способны нести только сильные натуры. К тому же она прямое продолжение своей бабушки, не желающей идти на компромиссы, и потому несчастной в любви. Тит Нилыч — это всего лишь запоздалый подарок судьбы, и в ее зрелом возрасте смешить народ замужеством не собирается.

Вообще-то, у каждой семьи своя история, и здесь единых рецептов для ее сохранения нет. В представлении замечательного художника Сергея Бархина дом — это бесконечная череда ступенек, уходящих куда-то вверх, к яркому солнцу, сказочной луне, туда, где живет инфернальное счастье. Но это долгий путь, в то время как обрыв рядом, за фасадом дома. Он притягивает своей колдовской силой, манит обещаниями сладостных утех, да и идти вниз намного проще, чем подниматься вверх… В данном случае художественный образ выражает режиссерскую концепцию, связанную с этикой нашего общества: обрыв начинается там, где рвутся человеческие связи, основанные на добре, взаимопонимании и вере.
Пресса
Принцесса Турандот перевоплотилась, видеосюжет телеканала НТВ, 13.06.2011
Русские обрывы, Алена Карась, Российская газета, 4.05.2010
Заглянуть на дно обрыва, Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Обрыв любовный и социальный, Елена Ямпольская, Известия, 27.04.2010
Питер Пэн, Лиза Биргер, Time Out, 10.05.2007
Театральный фестиваль — дело живое, Элла Аграновская, Молодежь Эстонии, 18.11.2006
Плюшкин с харизмой, Елена Губайдуллина, Планета Красота, 6.2006
Ее звали Робот, Марина Мурзина, «Аргументы и факты», 22.01.2003
На себя непохожий, Григорий Заславский, «Независимая газета», 23.12.2002
Музыка любви, Наталия Балашова, «Московская правда», 21.12.2002
Пьеса для механической женщины, Наталия Каминская, «Культура», 19.12.2002
Банка сметаны, Елена Ямпольская, «Новые известия», 18.12.2002
Хорошая жена — железная жена, Марина Шимадина, «Коммерсант», 18.12.2002