ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Художники

Художники по костюмам

Художники по свету

Видео

На себя непохожий

Григорий Заславский, «Независимая газета», 23.12.2002
Леонид Хейфец — не просто режиссер. Его невозможно просто хвалить, тем более — просто ругать, не сообразуя слова, которые сегодня приходят в голову, и сегодняшние ощущения с театральной легендой. И хотя сегодня его имя возникает чаще в связи со спектаклями его талантливых учеников (среди них — Ольга Субботина), мало кто из ныне живущих режиссеров может похвастаться таким легендарным прошлым. Одним из лучших спектаклем советского театра, театральной легендой стала «Смерть Иоанна Грозного», которую Хейфец поставил на большой — громадной — сцене Театра Советской армии через три года после окончания театрального института (а едва ли не в последний раз эта сцена была задействована во всю свою театральную мощь в его же «Павле I»). Большой формой он владел так, как сегодня не владеет, наверное, никто. И, против многих нынешних, быстро загорающихся, сразу признанных и также стремительно затухающих и забываемых звезд, Леонид Хейфец — режиссер с биографией, где, кроме «Смерти Иоанна Грозного», — «Заговор Фиеско в Генуе», «Зыковы»…

Но все эти «категории» существенны для критика и историка театра, который и в неудаче режиссера найдет приметы мастерства. Обыкновенный зритель, конечно, пренебрегает всяческими «внеположными» обстоятельствами. Собираясь на легкомысленную комедию, он ждет легкомысленности. И, конечно, веселья.

В Театре имени Вл. Маяковского Леонид Хейфец — штатный режиссер. Первая его постановка, «Кукольный дом» Ибсена, вышла в 98-м. Ныне же Леонид Хейфец взялся за комедию английского драматурга Алана Эйкборна «Синтезатор любви» (перевод — А. Качерова). Адепт психологического театра, серьезный — временами до занудства — Хейфец и «Синтезатор любви» — трудно было придумать большее несоответствие. Но Леонид Хейфец, судя по внешним признакам, и репетировал с интересом и удовольствием, и результатом — доволен. Доволен и театр. Чему, собственно говоря?

Тому, что на первые роли вышли наконец те, кто до последнего времени оставался в тени звезд, которыми славится труппа «Маяковки». Тому, что публика смеется. Тому, что пьеса такая вот, неожиданная для этого театра, современная, описывающая непростые отношения между человеком и продуктами научно-технического прогресса. И потому художник Сергей Бархин в квартире — подобии средневекового замка (пол и стены из кирпича) устанавливает видеодомофон и видеотелефон, синтезатор и компьютер…

Но удачей новый спектакль назвать нельзя. Отдельные и очевидные его достоинства не искупают и не перевешивают отдельных, но не менее заметных недостатков. Замечательно играют две актрисы — Татьяна Аугшкап и Ольга Прокофьева. Роли обеих одинаково поделены: в первом действии спектакля Ольга Прокофьева играет робота-няню НАН-300ф, электронную помощницу по холостяцкому хозяйству героя, а во втором — бывшую супругу этого самого героя; Татьяна Аугшкап, наоборот, в первом играет женщину, актрису, а во втором преображается в робота-няню. Чтобы дать хотя бы общее представление о сюжете, следует добавить, что главный герой Джером — композитор, сочиняющий современную музыку на основе человеческого голоса. Это его увлечение в сочетании с некоторым равнодушием к самим людям и привело когда-то к разводу. Теперь он надеется добиться более или менее регулярных встреч с дочерью, и для того, чтобы произвести благоприятное впечатление на социальную службу, ему нужна актриса — на роль благонамеренной подруги жизни.

Аугшкап и Прокофьева играют не просто замечательно. Прокофьева в роли робота поражает пластической свободой, то есть внешне — именно несвободой, механической скованностью, вероятно, свойственной всякому роботу (во всяком случае именно такими мы их себе представляем), публика долго сомневается, не веря в то, что под не моргающей маской — живая актриса. Аугшкап в роли актрисы Зои, напротив, почти ничем не напоминает актрису, не демонстрирует известные актерские штампы (то есть, не соответствует представлениям о том, какими бывают актрисы). Открытость, с какой она выражает эмоции, простота общения, искренность и даже беззащитность ее героини, трогают и располагают к ней так, что к концу первого действия героя начинаешь воспринимать почти исключительно в черном цвете.

Вот мы и подошли к герою, которого играет Анатолий Лобоцкий. 

Совсем недавно зрители и критики обрадовались собственному открытию: Лобоцкий казался незаслуженно обойденным внимания, первую большую роль в спектакле «Чума на оба ваших дома» он получил, когда ему было уже под сорок. И, как говорится, пошло-поехало. За четыре года, прошедшие с тех пор, он как будто растерял все или почти все из тех достоинств и умений, которые с восторгом были тогда обнаружены и описаны.

Вина актера, бесхозяйственно обошедшегося с собственным талантом? Вина постановщика, который не сумел найти верный рисунок? Или следует все списать на премьерное волнение? Муки творчества выглядят в спектакле как «неуправляемая» суета. Лобоцкий же почти до самого финала как будто экономил силы, а когда спектакль кончился, так и осталось непонятным, — для чего, собственно говоря?

Подведем итог: смешно было, хорошие актерские работы есть (к уже отмеченным стоит добавить игру молодой Екатерины Стуловой в роли радикально настроенной дочери, которой хочется быть уже не дочерью, а сыном). Чего еще надо? Легкости. Ее недостает. И вместо того, чтобы расслабиться и получать удовольствие от игры и комических ситуаций, отмечаешь досадные мелочи. По отдельности — много хорошего, а целого не получается, ползет по швам. Удивляешься тому, в частности, как странно воображают себе художник и сам режиссер студию электронной музыки, что актеры играют в разных жанрах и что никак не решен в вопрос о том, талантлив Джером, либо является графоманом, безумцем. Вопрос из тех, что не могли пройти мимо такого мастера, как Леонид Хейфец.
Пресса
Принцесса Турандот перевоплотилась, видеосюжет телеканала НТВ, 13.06.2011
Русские обрывы, Алена Карась, Российская газета, 4.05.2010
Заглянуть на дно обрыва, Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Обрыв любовный и социальный, Елена Ямпольская, Известия, 27.04.2010
Питер Пэн, Лиза Биргер, Time Out, 10.05.2007
Театральный фестиваль — дело живое, Элла Аграновская, Молодежь Эстонии, 18.11.2006
Плюшкин с харизмой, Елена Губайдуллина, Планета Красота, 6.2006
Ее звали Робот, Марина Мурзина, «Аргументы и факты», 22.01.2003
На себя непохожий, Григорий Заславский, «Независимая газета», 23.12.2002
Музыка любви, Наталия Балашова, «Московская правда», 21.12.2002
Пьеса для механической женщины, Наталия Каминская, «Культура», 19.12.2002
Банка сметаны, Елена Ямпольская, «Новые известия», 18.12.2002
Хорошая жена — железная жена, Марина Шимадина, «Коммерсант», 18.12.2002