ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Темур Чхеидзе: «Одной правды не бывает»

Юлия Кантор, Известия, 28.09.2001
  — Темур Нодарович, эта «Антигона» — далеко не первая в вашей режиссерской биографии. Вы ставили ее и на грузинской сцене, и на русской: в БДТ им. Товстоногова в Петербурге, там Антигону играет Мария Лаврова, Креона — российская звезда Олег Басилашвили. Во МХАТе соответственно — Марина Зудина и премьер грузинского театра Мегвинетухуцеси…

  — Да, и «Антигона» мне по-прежнему интересна. Эта пьеса во все времена разная. Как-то меня упрекнули: Чхеидзе-де так и не решил, на чьей он стороне. Я сознательно не решил. Я принципиально ни на чьей стороне. Один из героев «Антигоны» — Хор говорит: «В том и трагедия, что нет правых и виноватых». Все правы. И все не правы. Две правды сталкиваются, и ни одну из них не одолеть. Одна правда — личности, другая — руководителя государства. Если бы лет 30-40 назад я ставил «Антигону», я делал бы спектакль против тирании. И был бы на стороне Антигоны. Тогда проще было — знать, против чего ты… А сейчас нужно разбираться: за что ты. Если мы хотим иметь государство, в нем должен быть Креон. Мне очень интересно, каким получится Креон у Отара Мегвинетухуцеси. Кстати, об Отаре: это его первая роль на русском языке, и мы даже в какой-то момент сомневались — как будет с акцентом. Но теперь, думаю, что акцент даже в чем-то и поможет… Должен быть руководитель, охраняющий интересы государства — так принято на нашей Земле.

  — И личность становится жертвой государства.

  — Да, если личность идет наперекор государству. Но — вот парадокс — гармоничная личность и не развивается, если следует только правде государства. В чем-то прав Креон: только что закончилась страшная гражданская война. Эта война попрала интересы государства. Не стало порядка. И Креон считает: «Пусть трупный запах месяц отравляет улицы города», чтобы все прочувствовали — так будет с каждым, предавшим государство. Ну что плохого в порядке?!

  — Ничего. Просто у нас страх перед этим словом: оно ассоциируется с диктатурой.

  — Увы! Но я имею в виду именно порядок, ни в коей мере не диктатуру. Ведь полное отсутствие этого порядка — опять парадокс — диктатуру и порождает. И сила личности, государственного деятеля, следить за этим порядком так, чтобы не делать исключений ни для друзей, ни для родственников. Об этом моя «Антигона». Антигона, конечно, права — она должна похоронить тело брата, даже если он предатель. Если мы хотим называться людьми, то должны предать останки земле… Есть другая правда. Если я — Креон — пощадил племянницу, дочь, как я могу карать чужих?

  — Есть другая сторона: вспомним, например, ту же дилемму но в «Оводе». Если я, во имя благой идеи, не пощадил сына, о какой морали я могу говорить с другими?

  — Вот видите — мы спорим! И хорошо. И в «Антигоне» нет ответов, есть жесткие вопросы. Мы опять возвращаемся к дилемме двух правд.

  — Что происходит сейчас в грузинском театре?

  — Я не делал бы особой разницы между грузинским и русским театрами, хотя, разумеется, она есть. Я работаю с удовольствием там и там. Есть две интересные театральные школы: схожие, но не идентичные. Вот такое наблюдение: русский актер труднее, тоньше входит в предлагаемые экстремальные обстоятельства, но если вошел, его невозможно оттуда «достать». А грузинский наоборот, очень легко эти обстоятельства принимает и очень легко с ними расстается.

  — Вы отказались возглавить БДТ и покинули кресло руководителя тбилисского театра имени Марджанишвили. Почему?

  — Я вообще не хочу быть руководителем театра. Я хочу только ставить спектакли. Десять лет в Тбилиси я возглавлял театр и теперь у меня остались привычки руководителя, не замашки, а именно привычки: за всем следить, за все отвечать, за всех нервничать. Кто-то не пришел на вокзал — я ищу, не привезли декорации — тоже мое дело. Слишком много внутренней энергии уходит не на репетиции, а на руководство. Не на работу — на руководство! Не хочу. Я решил, что оставшуюся жизнь буду только ставить спектакли, если позовут, конечно.

  — Во МХАТе у вас сейчас «Антигона», а что в БДТ?

  — Вот, даст Бог, сыграем в Москве «Антигону», и 2 октября я в Питере начну репетиции «Дома, где разбиваются сердца» Шоу.

  — Вам комфортнее в Москве или в Петербурге?

  — В Тбилиси!
Пресса
Для царей, Лариса Давтян, Новое время, 11.11.2001
Титан и воробушек, Ольга Галахова, Ваш досуг, 5.11.2001
Правда и ложь трагедии, Елена Гинцберг, dell’APT, 1.11.2001
Спектакль по расписанию, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 20.10.2001
Приговоренные к жизни, Ирина Алпатова, Культура, 4.10.2001
Зачем вы, девушки, идете в камикадзе?, Валентина Львова, Комсомольская правда, 2.10.2001
Фивы наших дней, Ирина Корнеева, Время МН, 2.10.2001
Драма идей, Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 2.10.2001
Братская могила, Антон Красовский, Независимая газета, 2.10.2001
От эдипова комплекса мы излечились, Елена Дьякова, Газета.Ru, 1.10.2001
Трагическая скука, Марина Давыдова, Время Новостей, 1.10.2001
Год Креона, Алексей Филиппов, Известия, 30.09.2001
Борьба за труп на сцене МХАТ, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 29.09.2001
Антигона за железным занавесом, Любовь Лебедина, Труд, 29.09.2001
Темур Чхеидзе: «Одной правды не бывает», Юлия Кантор, Известия, 28.09.2001