ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Холодная зима пятьдесят третьего

Майя Мамаладзе, Россiя, 25.03.2004
Кирилл Серебренников славен тем, что ставит страшную новую драму так, что зрителю смотреть нестрашно и любопытно. Так он поставил «Пластилин» Сигарева, «Откровенные поляроидные снимки» модного британца Равенхилла, «Терроризм» Пресняковых.

И «Мещане» Горького в начале прошлого столетия были «новой драмой». Но с первой постановки пьесы в МХТ в 1902 году — есть свидетельства — автор ушел со словами «Вот скучища-то!». Впрочем, о той старинной постановке нынешняя публика ничего не помнит. Зато постановку «Мещан» в БДТ, шедевр Георгия Товстоногова, мало кто не видел хотя бы по телевизору и потому предавался в зале МХАТ имени Чехова сравнению. Мне это занятие быстро надоело, так как конфликт поколений горьковских Бессеменовых в постановке Серебренникова подан в совершенно новом ракурсе.

Спектакль подкупает тем, как ощутима и нервна работа его создателей. На него стоит идти и смотреть хотя бы для того, чтобы увидеть, как бесподобно после долгой паузы в их легендарной актерской биографии играют Андрей Мягков и Алла Покровская роли «стариков» Бессеменовых. Рядом с ними младшее поколение лепит образы менее ровно, но с редкой отдачей. Стоит услышать, как дом Бессеменовых оживает и превращается в оркестр звуков с помощью музыкантов небезызвестного «Пан-квартета» (давно уже выросшего из рамок квартета), которые здесь же, на сцене, подхватывают любой звук — от скрипа половицы до стона и вздоха его обитателей. У этого хора голосов и шумов есть свой регент и солист — певчий Тетерев в мастерском исполнении Дмитрия Назарова. Здесь он своего рода «человек от театра», местный философ и провидец. Именно ему принадлежат пророческие слова «не беспокойся, твой сын воротится, он не уйдет далеко от тебя», обращенные к Бессеменову-отцу, переживающему уход сыновей своих — родного Петра и приемного Нила.

Петр (Алексей Агапов) в отличие от незабвенного розовского героя Олега Табакова не только не порубит шашкой страшноватую мебель, которую сценограф Николай Симонов со скрупулезной точностью воссоздал, с той лишь поправкой, что родом она из пятидесятых годов прошлого века, но еще и спрячется в родительском шкафу от надвигающихся перемен. Он не переступит через отца, который повалится сыну в ноги, не желая отпускать от себя (сцена, сыгранная Мягковым с предельным накалом), — это поколение более не ходит по трупам, но Петр выбирает вид фронды легкий и самый безопасный — безучастие. 

Спектакль Серебренникова сложносочиненный, многие перипетии текста вырастают здесь в отдельные мизансцены. Его населяет сонм символических образов. Он пронизан горечью от необратимости, с которой наши оттепели сменяют застойные зимы, но в нем хватает места для радости. Так спектакль, который репетирует молодое поколение «для солдатиков», становится своеобразным парафразом на пресловутую «самодеятельность» шестидесятых. Учительница Цветаева (Юлия Чебакова) старательно несет западную культуру в массы, то топорно репетируя «Сезара де Базана», то вручая от коллектива школы заморские фрукты, апельсины из Марокко, Татьяне, чуть было не покончившей с собой дочери Бессеменова. «Да-ди-дам», — напевают молодые обитатели и гости бессеменовского дома: предчувствие свободы уже кружит им головы и, размахивая фонариками, они идут по верхнему мостику-коридору, который нависает над сценой. Но по тому же коридору со зловещим шумом, похожим на трепет крыльев, передвигаются закутанные в черное фигуры, которые в сцене отравления Татьяны толпой слухачей и доносчиков налетят на дом Бессеменовых. Красавица Татьяна (Кристина Бабушкина) здесь существо наиболее страдающее, она — Корделия, так и не замеченная Лиром. Лишь на минуту просыпается в Бессеменове любовь к ней из-за страха, что вот-вот он потеряет дочь: сцена отравления Татьяны — кульминационная в спектакле. Но все обойдется, и отец, как и мать, снова будет ранить дочь обидными придирками.

Кирилл Серебренников возвращает изначальное значение слову «мещане», которое именно из-за Максима Горького, культового писателя соцреализма, с легкой руки его апологетов приобрело бранчливый характер. Речь о горожанах, жителях провинциального города, и то, что спектакль играют актеры по преимуществу нестоличные, родом из разных уголков России, придает ему особую правдивость.
Пресса
5 спектаклей Кирилла Серебренникова о России, Алексей Киселев , teatrall.ru, 16.09.2015
Всеобщая мобилизация, Павел Руднев, Ваш досуг, 29.03.2004
Холодная зима пятьдесят третьего, Майя Мамаладзе, Россiя, 25.03.2004
Мещане, или Дон Сезар де Базан, Борис Поюровский, Литературная газета, 19.03.2004
Нехорошая квартира, Итоги, 16.03.2004
«Мещане» в культуре глюка, Нина Агишева, МН, 12.03.2004
От забора до обеда, Наталия Каминская, Культура, 12.03.2004
Серебренников победил Горького, Глеб Ситковский, Газета, 11.03.2004
Зайчики-мещане, Ольга Егошина, Новые известия, 11.03.2004
Концерт для половицы с оркестром, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 10.03.2004
Играй, а то проиграешь, Марина Давыдова, Известия, 10.03.2004
Где тонко, там и рвется, Алена Карась, Российская газета, 10.03.2004
«Мещане» вернулись, Роман Должанский, Коммерсант, 6.03.2004
Детей не жалко, Дина Годер, Газета.Ru, 5.03.2004
Горький без грима, Григорий Заславский, Независимая Газета, 5.03.2004
Мандаринка от яблони далеко падает, Елена Ямпольская, Русский курьер, 4.03.2004
Немного уважаемый шкаф, Олег Зинцов, Ведомости, 4.03.2004
«'Мещан'» я прочел недавно", Роман Должанский, Коммерсантъ-Weekend, 27.02.2004
Максим Горький — хит сезона, Роман Должанский, Коммерсантъ-Weekend, 27.02.2004
Мещанин во дворянстве, Елена Ковальская, Афиша, 25.02.2004
Никакого мещанства, Павел Руднев, Ваш досуг, 23.02.2004
МХАТ в грязи, Мария Львова, Вечерний клуб, 19.02.2004