ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Даже не думайте

Олег Зинцов, Ведомости, 22.11.2005
Список московских режиссеров пополняется в этом сезоне именами учениц Камы Гинкаса, выпустившего курс в Школе-студии МХТ. Не заметить их трудно: Илзе Рудзите сразу же доверили Малую сцену Художественного театра, где в ее спектакле «Сияющий город» играют Андрей Смоляков и Дмитрий Назаров. Однокурсница Рудзите Ирина Керученко показывает свою «Гедду Габлер» для полусотни зрителей в фойе Центра им. Мейерхольда, и про этот спектакль вам не расскажут в теленовостях — звезд там нет, одни вчерашние студенты. Но посмотреть на их лица стоит именно сейчас, пока они еще не замелькали в сериалах.

Докторская
Поставленная в МХТ пьеса ирландца Конора Макферсона про психоаналитика и его пациента могла бы запросто стать поводом для комедии или триллера — сюжет допускает и то, и другое. Пациента беспокоит призрак погибшей жены, перед которой он чувствует себя виноватым. Но дело, знаете ли, в том, что у психоаналитика, в прошлом священника, тоже не все в порядке с семьей и собственной совестью.

А теперь — викторина! Угадайте с трех раз, кто увидит призрака в финале.

Похоже, режиссер Илзе Рудзите, до Школы-студии МХТ закончившая Латвийскую музыкальную академию и успевшая поработать актрисой в Новом рижском театре, уже нашла свою тему. В 2004 г. она ассистировала Эдуарду Боякову на постановке «Свадебного путешествия» Владимира Сорокина — пьесе не в пример умнее макферсоновской, но тоже про психоанализ. 

На Сорокине, однако, легко сломать зубы, и, возможно, неприятное воспоминание о застрявших в деснах осколках заставило Илзе Рудзите выбрать для самостоятельной работы в МХТ что-нибудь попроще. Но зато уж теперь она вгрызается в пьесу так, что страшно за всю челюсть.

Оформлен «Сияющий город» основательно — на работу художника Андриса Фрейбергса смотреть любо-дорого: правая часть сцены изображает кабинет с массивными встроенными шкафами, левая — детскую. Интерьер до смешного символичен, поскольку один из героев страдает от того, что бездетен, а второй от того, что бросил жену с ребенком. Что касается скелетов во встроенном шкафу, то этот элемент драматической конструкции символизирует громоздкий агрегат отопительной системы, намекающий заодно на капризы ирландского климата и на рационализм психоаналитика, которому противопоставлено простодушие пациента.

Но если в сценографии «Сияющего города» еще можно разглядеть иронию, то в работе с актерами Илзе Рудзите бескомпромиссна. Дмитрий Назаров и Андрей Смоляков попросту умерли в ее режиссуре.

Видно, что могучему Дмитрию Назарову, изображающему пациента, отчаянно хочется сыграть репризу на тему «доктор, у меня это?», но режиссер строго-настрого велел держать себя в руках. Да и с Андреем Смоляковым шуток не пошутишь: кремень. Душевный кризис психоаналитика сыгран истово, мужественно, сурово — Смоляков это умеет, но растрачивает нервную энергию совершенно попусту: режиссер не в силах предложить ему ни одной интересной задачи.

Илзе Рудзите не до деталей и вообще не до игры — все ее силы уходят на то, чтобы убедить актеров и публику в недюжинной глубине макферсоновской драмы. Ну ладно, мы уже почти согласны. Только скажите, доктор, а вы зевоту лечить умеете?

Любовь и так далее
«Гедда Габлер» в постановке Ирины Керученко — тот приятный случай, когда разбираться в режиссерских намерениях не обязательно и даже вредно. «Эта пьеса о Гедде Габлер, рожденной с внутренней потребностью абсолютной свободы и невозможностью воплощения этой свободы, которая берет на себя роль Творца,» — неловко комментирует ибсеновскую драму Ирина Керученко. Но, к счастью, ставит свой спектакль совсем не о том.

Новая «Гедда Габлер» хороша элементарной театральной осмысленностью: умением ладно придумать мизансцену, внятно выстроить отношения между персонажами и как-то невзначай превратить пьесу, которую вроде бы канатами не оттащишь от проблем конца позапрошлого века, в простую историю чувств, не требующую объяснений, зачем все это играют здесь и сейчас.

Ну хотя бы затем, что красавицы на роли femme fatale встречаются не на каждом театральном курсе, а у Ирины Керученко такая актриса есть. Играющая Гедду Елена Лямина заставляет вспомнить почти исчезнувшее из критического обихода слово «стать». Ее спине могли бы позавидовать и манекенщицы, и балерины: в этой горделивой осанке легко читается презрение героини Ибсена к унылому мещанскому болоту, в котором она живет.

Дорисуйте упрямо вздернутый подбородок, нос с легкой горбинкой — и образ готов. Ах да: еще высокие каблуки и вызывающе открытые наряды — но это уже работа художницы по костюмам Евгении Самсоновой.

И что бы ни декларировала режиссер Ирина Керученко, лучшее в ее спектакле — не замыслы с размахом, а дуэт Елены Ляминой и Кирилла Плетнева, который играет пьющего гения Эйлерта Левборга. Применительно к Ибсену слово «эротизм» звучит довольно дико, но в разговоре о спектакле Ирины Керученко оно просится на язык само собой, потому что точнее всего описывает взаимное притяжение между Левборгом и Геддой, которое сегодня было бы странно списывать на гениальность первого и ницшеанские запросы второй. В новой «Гедде Габлер» прочитывается куда более понятный сюжет о разладе между желаниями разума и тела, абстрактными идеалами и физическим влечением. Разлад этот сыгран тем естественней, что легко проецируется на возраст и опыт исполнителей: у тех, кому от 20 до 30, не так уж редко еще остается юношеский максимализм. Забавно, что почти такой же зазор между намерением и результатом придает обаяние этому скромному спектаклю. Возможно, Ирина Керученко и впрямь имела в виду драму о человеке, примеряющем на себя роль Творца, но ее режиссерские рефлексы настроены на какие-то более конкретные и чувственные вещи, из которых, собственно, и складывается живой театр.

Вот только б не зашли на этот спектакль специалисты, подыскивающие актеров для телесериалов. Очень уж хорошие здесь лица, жаль, если сразу попадут на конвейер.
Пресса
Фрейд отдыхает, Итоги, 28.11.2005
Даже не думайте, Олег Зинцов, Ведомости, 22.11.2005
Все решим с доктором, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 21.11.2005
Психоанализ русской печки, Марина Шимадина, Коммерсантъ, 19.11.2005