ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Картонные страсти

Ольга Егошина, Новые известия, 7.03.2007
В МХТ имени Чехова состоялась премьера спектакля «Двенадцать картин из жизни художника». Известный живописец Юрий Купер дебютировал в качестве драматурга, намекнув, что в описанной им странной истории любви присутствуют биографические моменты. Главную роль немолодого художника, чья любовь осталась в ХХ веке, сыграл Сергей Шакуров.

Существует два взгляда на взаимоотношения театра и драматургического текста. Первый: текст абсолютно не важен, можно поставить любую абракадабру. И другой, полярный: театр начинается не с вешалки, а именно с текста. От него, как от печки, пляшут и режиссер, и актеры. И если исходно текст плох, никакими «приправами» это не замаскируешь. Постановка «Двенадцати картин из жизни художника» в МХТ очень укрепляет позиции сторонников второго подхода.

Известный художник Юрий Купер (живущий преимущественно за рубежом) решил дебютировать в качестве драматурга. Перед премьерой намекнул, что пишет исходя из своей биографии. Герой пьесы — русский художник Дитин. Вечером, после своего парижского вернисажа, накануне отлета в Москву, он встречает в кафе молодую русскую девушку. Она лихо пьет водку, роняет загадочные словечки и пытается его соблазнить. Стойкий художник не соблазняется, но беседует с ней о жизни. Выясняет, что по профессии она «девушка из бара», которая выставляет клиентов на шампанское. В Париж ее отправил один из таких клиентов, чтобы ее таланты не заглохли в провинции. Бусы на шее девушки и ее словечки что-то художнику смутно напоминают. И это что-то — самая большая любовь в его жизни, оставшаяся в XX веке.

Лет двадцать назад он со студентами останавливался в провинциальном российском городе. Накануне отъезда в Москву, ночью, он пытался унести со стройки картон, на котором погода и природа «нарисовали» гениальный пейзаж, но был остановлен юной охранницей. Девушку удалось разоружить и прямо тут же, на стройке (под ветром, дождем, снегом и т.д.), заняться любовью, а после этого — переместиться в ближайший бар, где, наконец, и познакомиться. Имени девушки он так и не узнал, зато выяснил, что ее насилует собственный отец и снятся ей ужасные сны о том, как она убивает папу вместе с мачехой (мачеху за то, что та в курсе их отношений). Теперь у девушки в парижском кафе похожие бусы на шее, похожие словечки. А на вопрос о маме она отвечает, что та умерла от родов в тюремной больнице, куда была посажена за убийство отца и мачехи. Утром художник отбывает в аэропорт, его родственные связи с девушкой с бусами остаются непроясненными, «странная ночь» заканчивается. В пересказе неизбежно теряются масса символических деталей, временных наплывов и путаных подробностей.

Из симпатии к автору Юрию Куперу остается надеяться, что «биографичность» событий пьесы несколько преувеличена и его псевдодочери, и его «большие любви» ведут несколько другой, более правдоподобный образ жизни. Драматургическая беспомощность мэтра живописи, увы, абсолютно несомненна: неумение строить сюжет, рисовать характеры, шаблонность языка и заимствованность всех коллизий. 

Чем добропорядочнее по отношению к автору поступает театр, тем тяжелее. Режиссер Владимир Петров отнесся к тексту с глубоким почтением, найдя сценический эквивалент любой ремарке и детали. Юрий Купер сам оформил постановку, и театр не поскупился на расходы: тут и мраморные стены, и золотой краской покрытые рамы. Иногда изменение света делает сцену прозрачной, и там появляются фигуры, всплывающие в памяти или воображении художника: мальчик бьет чечетку, бабушка склоняется к внуку, девочка играет на аккордеоне. Многозначительная музыка нагнетает напряжение. 

Когда-то в Художественном театре вывели заключение, что хороший актер в плохой пьесе играет гораздо хуже, чем актер плохой. В главной роли занят Сергей Шакуров. В роли девушки из парижского бара — Дарья Мороз. На сцене также — Сергей Сосновский, Ольга Васильева… И во второстепенных ролях мелькают знакомые фамилии хороших актеров. Может, поэтому они и играют один хуже другого.

Наверное, театру трудно набраться мужества и снять готовый спектакль — столько денег и сил уже потрачено. Но, может, стоит хотя бы установить планку для литературы? Поставить предел, ниже которого опускаться Художественному театру недопустимо? Все-таки буква «Х» в названии, она обязывает!

Пресса
Попытка автопортрета, Марина Гаевская, Культура, 22.03.2007
Фанера над Парижем, Итоги, 12.03.2007
На горе сосна растет…, Марина Давыдова, Известия, 12.03.2007
Картонные страсти, Ольга Егошина, Новые известия, 7.03.2007
Пьеса в горошек, Алла Шендерова, Коммерсант, 7.03.2007