ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Фанера над Парижем

, 12.03.2007
Автор пьесы Юрий Купер, если кто не знает, — художник. Очень хороший художник, известный во всем мире. Когда-то давно он эмигрировал из Союза, и судьба его за рубежом сложилась удачно — персональные выставки проходят в самых престижных галереях, картины хранятся в крупнейших музеях, он создает ювелирные коллекции, оформляет книги, интерьеры, различные спектакли в Европе и Америке. И вот теперь он написал пьесу. Отчего бы и нет, в конце концов, — занятие невредное. Захотелось человеку излить на бумаге переполняющие его чувства, и он сделал это, как умел. Ведут же люди дневники, не заботясь ни о чем таком профессиональном. Пока они их сами читают-перечитывают, вопросов никаких. Претензии начинаются, как только дневник (ну или в нашем случае пьеса-дневник) выносится на публику. Чтобы сюжет какой-никакой просматривался, концы с концами сходились, мотивации поступков понятными были — для всего этого, оказывается, нужны особый талант и опыт. Ими, увы, не всякий чувствительный человек обладает, даже если он замечательный художник. 


Короче говоря, Юрий Купер написал пьесу и, как положено драматургам, понес ее в театр, выбрав один из главных в стране — МХТ им. Чехова. И его лирико-поэтическое высказывание о жизни и любви некоего художника Дитина приняли к постановке. Спрашивается: зачем? Неужто опытный Олег Табаков и его литературные советники не увидели, что в этой неумело написанной пьесе нет действия, нет глубоких ролей, нет ничего, кроме красивых слов, звучащих на удивление банально. Художнику Дитину (Сергей Шакуров) в парижском баре является некая барышня (Дарья Мороз) и не моргнув глазом представляется так: «Я - пролетающая над городом душа». Ну и дальше все в том же духе. Если можно себе представить некую пародию на то, что принято называть шестидесятничеством, то вот она, на сцене МХТ. Все такое условное, поэтическое и возвышенное. Про любовь.


А любит ли кто кого на самом деле, как говорится, к черту подробности. Подробностями тут пренебрегают настолько, что голова начинает кружиться от полного непонимания случившегося. Все только обозначается, многозначительно и поэтично. Явилась художнику девушка, и только дурак минут через пятнадцать не догадается, что она его дочь. Догадался ли художник, так и осталось большим вопросом, он себя ничем не выдал. В конце девушка исчезла вовсе, оставив после себя не пойми откуда взявшееся ружье. Тут надо пояснить, что Дитин занят на сцене воспоминаниями. Картины из его прошлого время от времени перемежаются сценами современной парижской жизни, и все ради рассказа о большой любви к случайно встреченной деревенской девушке (Светлана Колпакова). По неясной причине девушка отказалась ехать с любимым, осталась дома и убила (надо полагать, тем самым ружьем, о котором речь шла выше) отца-алкоголика, ее насиловавшего. Ну и так далее.


Лучшее, что есть в этом спектакле, — оформление Юрия Купера. Проступающие в полумраке тяжелые рамы для картин и люди, в них помещенные, смотрятся очень красиво. К режиссеру Владимиру Петрову особых претензий нет, он как мог пытался раскрасить пустоту. И актеры мало что могли сделать — слова доносят, пафосные чувства имитируют. А все потому, что пьеса эта плоская, как та фанера, которую Дитин таскает за собой весь спектакль. Фанера и пролетела над Парижем вместо души вышеупомянутой незнакомки.
Пресса
Попытка автопортрета, Марина Гаевская, Культура, 22.03.2007
Фанера над Парижем, Итоги, 12.03.2007
На горе сосна растет…, Марина Давыдова, Известия, 12.03.2007
Картонные страсти, Ольга Егошина, Новые известия, 7.03.2007
Пьеса в горошек, Алла Шендерова, Коммерсант, 7.03.2007