ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — СЕРГЕЙ ЖЕНОВАЧ
Чайка
МХТ

Художественное руководство и дирекция

Виктория Камалова
Карина Кондрашова
Ольга Шилова
Людмила Таширева
Екатерина Колокольцева
Юрий Рожков

Творческая часть

Репертуарная часть

Олеся Сурина

Литературная часть

Музыкальная часть

Лидия Соколова

Издательский отдел

Отдел по связям с общественностью

Мария Федосеева

Служба главного администратора

Светлана Бугаева
Илья Колязин
Инна Сачкова
Евгений Дудко

Организационный отдел

Отдел кадров

Анна Корчагина

Отдел по правовой работе и государственным закупкам

Бухгалтерская служба

Альфия Васенина
Татьяна Медведева

Планово-финансовый отдел

Административно-хозяйственный отдел

Татьяна Елисеева
Екатерина Капустина
Лидия Суханова
Людмила Бродская

Здравпункт

Татьяна Филиппова

Троянский конь и другие

Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Драматургическими экспериментами сегодня не удивишь даже неопытного театрала. Актеры и режиссеры настолько поднаторели в игре со словом, что способны вытворить на сцене все что угодно. Последний по времени рекорд в этом плане установил «сам себе театр» — Евгений Гришковец, решивший поставить пьесу? которой нет. Причем не где-нибудь, а во МХАТе имени А. П. Чехова, заведении солидном и уважаемом. Собрал Гришковец актеров (причем компанию замечательную — Игоря Золотовицкого, Андрея Смолякова, Сергея Угрюмова, Александра Усова, Павла Ващилина, Виталия Хаева и других), задал им некий набор тем и ситуаций и заставил импровизировать. Раз и навсегда закрепленного текста нет вообще, и не факт, что люди, пришедшие на премьеру и на последующие спектакли, увидели одно и то же действо, получившееся похожим на некий милый домашний театрик, где собираются для собственного удовольствия и рассказывают разные истории. Как имеют, без изысков. Оснвной темой этих историй Гришковец сделал войну, и спектакль получил грозное название «Осада».
Правда, нельзя сказать, что Гришковец придумал нечто принципиально новое с точки зрения театральной эстетики; ведь и его собственные “one man show” (хотя там единый текст как раз наличествует) всегда строились именно на такой, слегка сбивчивой, задушевной интонации приятельских посиделок. Что не отнимает у «Осады» (в которой, кстати, сам Гришковец на сцену не выходит) ее незатейливого обаяния. В параллель здесь развиваются несколько историй. На бортике песочницы сидит Ветеран всех войн, вместе взятых, и рассказывает юному Салаге военные байки, а тому скучно их слушать, и он все порывается сбежать. Три воина ведут осаду неприятеля и попутно выясняют взгляды друг друга, ибо они очень разные — один пацифист, другой вояка, третий пытается руководить обоими. Есть еще некое существо, названное Икаром: этот интеллигентного вида мужичок сосредоточенно, раз за разом прилаживает себе на спину крылья и готовится взлететь, но то и дело шлепается на песок. Глядя на этого горе-летуна вдруг начинаешь узнавать в героях и их рассказах персонажей древних мифов — Одиссея и Ахилла, Геракла и Сизифа. И эта простая ассоциация сразу выявляет позицию «автора-редактора» (так назвал себя в программке Гришковец) и его компании: все происходящее — это игра. Однако надо чуть-чуть наивности и воображения, и придуманное обернется явью для каждого, кто захочет.