ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Золушка, ставшая королевой

Константин Терезин, Madame Figaro, 1.02.2006
О том, что режиссер Юрий Еремин ставит на сцене МХТ пьесу Дмитрия Минченка «Концерт обреченных», где Евдокия Германова ангажирована на одну из главных женских ролей, знают уже все. Но актриса наотрез отказывается говорить об этой роли до премьеры, которая состоится в феврале-марте. Во-первых, она суеверна, во вторых, не любит публичности вне театра.

…Она удивительно хрупка и мала ростом. Не женщина, а девочка. Огромные глаза на пол-лица, полуприкрытые веками. Чрезвычайная подвижность и легкость. Твердый взгляд человека, быстро принимающего решения. На ум ни с того ни с сего приходит определение про «усталость металла». Германова действительно — «железная». Заслуженная артистка России, «русская Джульетта Мазина», «трагическая клоунесса русского театра».

Складывается впечатление, что Германова всегда говорит что хочет, не считаясь с тем, чего от нее ждут окружающие. Тем не менее, назвать ее открытой — сложно. Она считается, как правило, только со своим настроением. Это привилегия «крупного зверя», но она, несмотря на свои миниатюрные размеры, может претендовать на такой титул.

Она старается быть человеком честным прежде всего перед собой. Отсюда, наверное, и результат. Возможно, иногда ее заявления бывают шокирующими, и то, что ее не волнует, как они будут восприняты, это неправда. Она прекрасно знает, как они будут восприняты. Она говорит и знает, какая будет реакция. Как снайпер, она бьет в цель.

Ее цель — зрители. Ее любят. Иногда это внимание со стороны людей доходит до крайностей — когда, например, в храме узнающие ее люди поворачиваются спиной к распятию и смотрят на нее. Я поинтересовался у Дуси, что в этот момент она ощущает. Она задумывается ровно на секунду. «Каким бы великим тебя ни воспринимали, но - жутковато! С другой стороны, была бы я великой, все режиссеры это чувствовали бы, активно эксплуатировали бы. А это далеко не так… Известность — это такой предмет, которым ты никогда не знаешь, как пользоваться. Это правда. Единственное, что заставляет примириться с минусами публичности — это ее плюсы. Например, я могу с уверенностью сказать своим друзьям: поехали со мной решать ваши проблемы — со мной будет проще. В театре это называется „торговать своим лицом“».

На вопрос, как она относится к тому, что среди ее коллег считается хорошим тоном проходить мимо поклонников с брезгливой миной на лице, Германова отвечает: «Когда у тебя просят „дай“, ты должна дать. Ты не должна изображать из себя звезду. Ты в храме беззащитная стоишь. И когда ко мне подходят и спрашивают: „Вы такая-то?“ Я говорю „да“. Но я должна говорить с открытостью, простотой и не делать из себя звезду только потому, что меня узнают?»

Я никогда не забуду, как она ругалась с мусорщиком, когда он перегородил нам дорогу, а мы ехали следом за ним на машине. Это был театр одного актера. Германова говорила со своим противником на языке улиц. Мусорщик, наверное, ее не узнавал и даже не предполагал, что изящная маленькая актриса может знать такие слова.

Тот бой хрупкая женщина выиграла. Огромный детина на еще более огромной машине отъехал в сторону.

У Евдокии Германовой множество сыгранных ролей в театре и кино. У нее есть родная «Табакерка» — театр Олега Табакова. Есть настоящая биография: долгий путь в профессию — шесть попыток поступить в театральный? и заслуженная известность. Есть преданные поклонники и верные недоброжелатели.

А еще Германова шесть лет назад выступила в совсем другой роли, возможно, самой главной, и уж точно на всю жизнь. Она стала мамой.

Сейчас уже никто не помнит, что первой ее профессией в театре была профессия уборщицы? Золушка ведра и тряпки. И при этом она раз и навсегда решила для себя, что с парадного входа войдет в театр только с титулом актрисы! Каждый год с истовым упорством она готовила новый репертуар для поступления, от Липочки до Жанны д?Арк: а приемная комиссия от нее просто шарахалась!

В промежутках между поступлениями играла в самодеятельном театре «мейерхольдовского» типа, организованном Александром Демидовым при журнале «Театр». Однажды Татьяна Васильевна Доронина увидела ее в роли Тантажиля и предложила помочь подготовить ей для поступления роль Неточки.

Германова вспоминает: «Я пришла к ней в гримерную, меня буквально парализовало от важности момента, да еще Татьяна Васильевна, попросив меня что-то показать, молвила: „Девочка, ну что же вы такая беспомощная?“ Больше я не пришла. Доронина, как мне говорили, пыталась потом узнать, куда я пропала, но мне было ясно, что это — не мое. Хотя я считаю ее великой».

Слишком яркая, Германова запомнилась бы, сыграй она даже в одном-единственном фильме, в одном-единственном спектакле? Кино не может отказаться от ее яркой индивидуальности. Театр — от такой бешеной энергетики. И никто не может даже представить себе, какими усилиями это достигается!

Германова признается: «Меньше всего я хочу страдать по жизни, сублимировать или изображать страдания. Это в 20 лет мы все хотим страдать. И это правильно. Мы еще не знаем, что такое страдание, поэтому на всю катушку в себе это раскручиваем. Я, помню, очень много муссировала эти страдания, чтобы понять, насколько еще глубже я могу страдать, и все время эти границы раздвигала».

«А ты думаешь, страдать надо?» Она в этом абсолютно уверена: «Надо. В этот момент тренируется твоя творческая энергоемкость. Страдание дает нам нечто большее, чем просто муку. Оно растит душу художника — классическое выражение. У меня нет богатых любовников? Этот кастинг я никогда не проходила и не стремлюсь его пройти? У меня другой кастинг — кастинг человеческого доверия. Если верят мне, то я должна этому соответствовать. Я ведь не так уж много работаю, меньше чем другие мелькаю на экране, но это тоже взаимосвязано? Если есть талант, данный мне, то, наверное, не надо требовать других вещей. Хотя всегда хочется попросить еще больше. Главное, что меня люди не боятся. Они ставят равенство между мной и собой».
Пресса
Театральная премия МК, Московский комсомолец, 5.12.2012
В «МК» победила мышца любви, Ян Смирницкий, Московский комсомолец, 5.12.2012
Грузите бочками, Итоги, 17.09.2007
Не возвращайтесь к былым возлюбленным…, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.09.2007
Аксенов ковчег, Ирина Алпатова, Культура, 13.09.2007
Тары-бары в бочкотаре, Глеб Ситковский, Газета, 12.09.2007
Фига без кармана, Марина Давыдова, Известия, 11.09.2007
Подвальная история, веселящая кровь, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 1.03.2007
Защищенность меня пугает, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 31.01.2007
Реабилитация Сальери, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 23.01.2007
Моцарта сгубили бабы?, Марина Райкина, Московский комсомолец, 20.01.2007
Вольфганг для двоих, Роман Должанский, Коммесант, 20.01.2007
Без вина виноватые, Ирина Алпатова, Культура, 18.01.2007
Вдова с вдовою говорит, Мария Хализева, ВАШ ДОСУГ, 21.12.2006
«Дифирамб» с Евдокией Германовой, Ксения Ларина, Эхо Москвы, 8.07.2006
Евдокия Германова: «Я человек-оркестр», Галина Черняева, ПСИХОЛОГИЯ НА КАЖДЫЙ ДЕНЬ, 29.04.2006
Евдокия Германова: «Я всегда держу дистанцию», Николай Хрусталев, Экран и сцена, 18.02.2006
Золушка, ставшая королевой, Константин Терезин, Madame Figaro, 1.02.2006
Миндаугас Карбаускис и Смерть, Борис Тух, ДЕНЬ за ДНЕМ, 27.01.2006
Гадание о «Маске», Александр Соколянский, Время новостей, 12.04.2005
Современный Декамерон, Артем Солнышкин, Досуг&развлечения, 24.03.2005
Золотая Маска, В.Г., TIME OUT МОСКВА, 21.03.2005
Кровать для десятерых, Александр Смольяков, Культура, 3.03.2005
КОГДА В ПОСТЕЛИ ЧУВСТВАМ ТЕСНО, Леонид Петров, Вечерняя Москва, 18.02.2005
Драма для кукол, Марина Шимадина, Коммерсант, 16.12.2004
«Последние» станут первыми, Маргарита Львова, Московский комсомолец в Пензе, 16.11.2004
Жизнь из пепла, Дина Радбель, Эгоист generation, 1.11.2004
Театр-студия п/р О. Табакова, Александр Смольяков, ГДЕ, 16.07.2004
Когда я умирала, Елена Ковальская, Афиша, 13.02.2004
Смертный путь из грязи в князи, Елена Дьякова, Новая газета, 12.02.2004
Живые и мертвая, Мария Хализева, Вечерний клуб, 29.01.2004
В добрый последний путь!, Ирина Алпатова, Культура, 29.01.2004
Фокус делать не из чего, Дина Годер, Русский журнал, 27.01.2004
Протестанты в «Табакерке», Алена Карась, Российская газета, 27.01.2004
На кладбище и обратно, Марина Шимадина, Коммерсантъ, 27.01.2004
Дорога на кладбище, Александр Соколянский, Время новостей, 27.01.2004
Поджечь родную мать, Ольга Егошина, Новые известия, 26.01.2004
Смерть — понятие растяжимое, Марина Давыдова, Известия, 26.01.2004
Городок в табакерке, Ольга Гердт, Газета, 9.01.2002
Без надежды, с любовью, Алексей Филиппов, Известия, 5.04.2000
РУССКИЕ МАЛЬЧИКИ, Татьяна Тихоновец, Пермские новости, 3.03.2000
И ПОСЛЕДНИЕ НЕ СТАНУТ ПЕРВЫМИ?, М. Кузнецова, Нижегородские новости, 23.06.1998
Психушка в «Табакерке», Вадим Михалев, Век, 2.02.1996
Российский «Псих» потряс даже автора, Наталия Колесова, Вечерний клуб, 28.11.1995
Последние: Великая драма Горького, Марина Благонравова, The Moscow Tribune, 24.04.1995
Буревестник революции залетел в табакерку, Алексей Белый, Комсомольская правда, 1995
«? В распрекрасном Билокси на Миссисипи», Ольга Дубинская, Театральная жизнь, 1990
Из последних сил, Элина Мосешвили
Отцы и дети, Нина Агишева
Смерть в стиле кантри, Елена Ямпольская, Русский курьер