ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Перешить судьбу

Ольга Егошина, Новые известия, 7.06.2011
Похоже, лед, как любил повторять незабвенный Остап Бендер, действительно тронулся, господа присяжные заседатели. И молодые режиссеры из фантомов критических статей стали реальностью столичного театрального быта. К уже вошедшим в наш обиход фамилиям «подающих надежды» можно добавить новую — Антона Коваленко, только что поставившего на Новой сцене МХТ имени Чехова гоголевскую «Шинель».

Повесть Гоголя часто привлекает внимания театров, и сейчас в столице можно найти самые разные варианты постановок классического текста, из которых лучший — спектакль Валерия Фокина с Мариной Нееловой в роли Башмачкина. В спектакле «Современника» Валерий Фокин решительно отстранил весь бытовой антураж гоголевской повести, оставив за скобками все бытовые подробности, столь любовно выписанные Гоголем. Выпали и забылись коллеги по департаменту и портной Петрович с его круглой табакеркой и женой, носящей чепчик, старуха-хозяйка и значительное лицо, сбитое с толку полученным генеральским чином…

В постановке МХТ все эти описания, черты, детали и подробности, которые составляют собственно гоголевский юмор и быт, своеобразие и особицу, — укрупнены, тщательно подчеркнуты, любовно обыграны. Резвится тройка чиновников, они же униформисты, они же ведущие спектакля, — перебивая друг друга, спешат рассказать: почему героя назвали Акакием и как бедная мать испугалась имен из святок, вынужденная выбирать между Моккием, Соссием, Хоздазатом, Трифилием, Дулой и Варахасием… Артем Быстров, Валерий Трошин и приглашенный прекрасный саратовский артист Валерий Малинин играют, безошибочно чувствуя и авторское слово, и ритм музыкальной ткани спектакля, где проза легко переходит в стихи или песню, а песня в дробь каблуков… Не раз обращавшийся к Гоголю, Антон Коваленко сделал зримой музыкальную стихию прозы классика, не потеряв ни запятой авторского текста, умело передавая наслаждение от всех инверсий, нагромождений эпитетов и неожиданных островков печали среди разгула юмористической стихии. 

Роли «второго плана» здесь сыграны, спеты и станцованы ярко и выпукло. Колоритен портной Петрович (чудная работа Валерия Хлевинского). Хороша его немка-жена, актриса Юлия Чебакова здесь играет обе женские роли: и приземистую злобную бабу, лопочущую по-немецки, и квартирную хозяйку Башмачкина — молодую, светлую, нежно выпевающую торжественным речитативом: «Блажен муж, иже не иде на совет нечестивых»…

От своего учителя Камы Гинкаса Антон Коваленко унаследовал умение немногими деталями создавать натуралистически точную картину быта. В «Шинели» портной сидит за внушительной швейной машиной “Zinger” c ножным приводом и откидывающейся крышкой-столиком; его жена носит самый гоголевский из всех возможных чепчиков, а новая шинель Акакия Акакиевича и впрямь радует ровностью стежка и красотой кроя. От Гинкаса же - умение всю эту достоверность взорвать двумя-тремя рассчитанными ударами. Вот Башмачкин достает заветную копилку, роль которой исполняет ночной горшок, в котором звенят бубенцами монеты… А вот Валерий Малинин влезает внутрь одной из трех гигантских шинелей, свободно порхающих над сценой и оборачивается Значительным лицом. Меняется и походка, и осанка, и голос, возвышающийся до трубного звука. От такого распекания немудрено и впрямь заболеть горячкою, как бедный Башмачкин. 

Сейчас самое время сказать о главном герое спектакля Акакии Акакиевиче Башмачкине, которого играет Авангард Леонтьев… Но проблема в том, что сказать о нем решительно нечего. Мы практически не наблюдаем персонажа, простодушного, робкого, умеющего быть счастливым в своей конуре со своим переписыванием, а видим любимого и знакомого актера, едкого, умного, властного. Как сквозь прорехи из старого капота просвечивало тело Акакия Акакиевича, так сквозь «платье роли» мы все время видим Авангарда Леонтьева, что весьма сильно кренит и искажает и гоголевский сюжет истории о «маленьком человеке», и режиссерский замысел спектакля.

Что поделаешь, роли отнюдь не всегда рождаются к назначенному сроку премьеры. Остается надеяться, что, вжившись в персонажа, Авангард Леонтьев сумеет отойти от себя, забыть о наработанных комических приемах (здесь только мешающих), проникнуться самочувствием канцелярской мыши, в редкие минуты слабо попискивающей: «Что вы меня обижаете?», а после смерти вдруг явившейся фигурой мстителя за всех страждущих и обиженных. И тогда спектакль обретет завершенность и цельность, а точно пошитая режиссером «Шинель» — своего героя.
Пресса
В МХТ «сварили»"Новые страдания юного В. "Комментарии: 3, Эмилия Деменцова, Комсомольская правда, 20.12.2012
Байки под огурец, Мария Костюкевич, Московский комсомолец, 25.07.2012
Гоголь вне юбилея, Борис Поюровский, Театрал, 1.07.2011
Перешить судьбу, Ольга Егошина, Новые известия, 7.06.2011
Подвальная история, веселящая кровь, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 1.03.2007
Очень хороший капиталист, Наталия Каминская, Культура, 25.12.2003
Из жизни новых старых русских, Любовь Лебедина, Труд, 23.12.2003
«Последняя жертва» МХАТа, Алена Карась, Российская газета, 19.12.2003
Давнопрошедшее настоящее время, Александр Соколянский, Время новостей, 19.12.2003
Снежное шоу, Елена Ямпольская, Русский курьер, 17.12.2003
Непоследняя жертва, Роман Должанский, Коммерсант, 11.12.2003
Жертвоприношение во МХАТе, Марина Райкина, Московский комсомолец, 27.11.2003
«Провинциальные анекдоты» в театре Табакова, Александр Вислов, Театральная афиша, 02.2003
Городок в табакерке, Ольга Гердт, Газета, 9.01.2002