ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Дети на сцене играли в гестапо

Марина Давыдова, Известия, 14.05.2007
Кажется, нет сейчас в Москве более популярного автора, чем ирландец Мартин Макдонах. Все прочие увлечения отечественной сцены буквально меркнут перед триумфальным шествием его драматургии по российским театрам. Только в этом сезоне — Вахтанговский, «Сатирикон», МХТ. .. На последней остановке драматургия Макдонаха встретилась с режиссурой Кирилла Серебренникова. Он поставил «Человека-подушку».

Мартин Макдонах сделал нехитрую, но эффектную вещь — поместил освоенный кинематографом жанр постмодернистского триллера в контекст бытописательской драматургии. Леденящие душу истории, разворачивающиеся в конкретных обстоятельствах ирландской глубинки (эдакая помесь нашей чернушной драмы с ихним Квентином Тарантино), произвели неизгладимое впечатление не только на российский, но и на весь европейский театр. Театр пал к ногам Макдонаха.

Отчего современную сцену так тянет на макабр с этнографическим колоритом — отдельная увлекательнейшая тема. Но мы оставим ее в стороне, ибо пьеса, которую поставил Серебренников, — это особая статья. Она решительно не похожа на все, что написал плодовитый Макдонах. В ней нет ни этнографического колорита, ни смачных подробностей провинциальной жизни. Действие «Человека-подушки» разворачивается в вымышленном тоталитарном царстве-государстве, где двое следователей допрашивают писателя Катуряна Катуряна. Его рассказы о жестоких убийствах маленьких детей имеют подозрительное сходство с реальными убийствами, случившимися в городе в последнее время. Слабоумный брат писателя, над которым в детстве систематически издевались родители, тоже арестован. Это он воплотил некоторые рассказы своего родственника в жизнь. Или не он? Или, может быть, вся эта страшная история об аресте и кровавых допросах есть очередной рассказ писателя, рождающийся на наших глазах. Или…

Причудливая пьеса Макдонаха, в которой черный юмор бьет ключом, а сюжет, словно русло своенравной реки, то и дело совершает неожиданные повороты, кажется литературным эхом самых разных авторов. Вот повеяло Эдгаром По. Вот прошелестел вдруг Владимир Набоков. Кафкой пахнуло. Германом Гессе отозвалось. Славомиром Мрожеком всерьез припечатало.

И если все прочие пьесы ироничного ирландца хороши в первую очередь именно умением передавать шумы, запахи и нравы неприглядной жизни социальных низов, то «Человек-подушка» — это типичная игра в бисер. Она как огромные выращенные на синтепоне яблоки, которые имеют товарный, даже очень товарный вид, но не имеют вкуса.

Это пьеса-ловушка. Пьеса-обманка. Загадка без разгадки. Она завалена смыслами, как чердак хламом. В ней затронуты проблемы социальные, экзистенциальные, эстетические, метафизические. Богоискательство и богоборчество, идея христианской жертвенности и отрешенная буддийская мудрость присутствуют в ней в точно выверенной пропорции. По сути дела «Человек-подушка» — популярнейший в наши дни интеллектуальный фастфуд, просто очень высокого качества. Бывает некачественный интеллектуальный фастфуд вроде Пауло Коэльо или Дэна Брауна. А бывает и очень качественный (см. Патрика Зюскинда или Милорада Павича). Но это фастфуд. От загадочного и неисчерпаемого «Гамлета» загадочный и неисчерпаемый «Человек-подушка» отличается так же, как тайна жизни отличается от неразрешимой головоломки. Стоит ли ее разгадывать?

Кирилл Серебренников решил, что стоит. И главное достижение его спектакля вовсе не в том, что он нашел разгадку, а в том, что насытил стерильное пространство интеллектуальной игры Макдонаха очень живыми и непосредственными чувствами. Лучше всего придуманы у Серебренникова следователи — задавленные комплексами выдвиженцы, относящиеся к своей жертве одновременно с ненавистью и пиететом. Один — комсомолец-гомосексуалист-садист-извращенец (отличная работа Юрия Чурсина). Второй — рубленный топором партийный хмырь (Сергей Сосновский). Выложенный белым кафелем застенок (художник Николай Симонов) отчетливо напоминает общественный российский сортир. В этом до боли узнаваемом гиперреалистическом пространстве все картонные ужасы «Человека-подушки», поданные в спектакле с должной мерой отстранения (тут даже выведенная на сцену девочка, представляющая нам рассказ «Маленький Иисус», не вызывает эстетического шока), обретают особый смысл. Знаем мы эти сортиры. В них Кафка становится былью — только захоти.

Вряд ли ироничный Серебренников мог не почувствовать тонкую самопародию, упрятанную внутрь этой до смешного серьезной пьесы. Отрезанные детские пальчики, изуверы-родители, счастливо избежавшая гибели немая девочка — все это у него сделано в духе детской страшилки. Но чем неправдоподобнее и истошнее тут играют в гестапо, тем подлиннее кажутся страдания главного героя, который в сущности и есть главная удача этого спектакля. Просто поразительно, как на наших глазах Анатолий Белый наполняет жизнью сконструированного словно детский пазл Катуряна Катуряна. Белый играет не просто писателя-интеллектуала, он играет совестливого российского интеллигента, с готовностью принимающего на себя ответственность за все, что творится в этом худшем из миров. Он страдает не понарошку. Он насыщает головоломку дыханием настоящей жизни. И его гибель в финале — это полная гибель, всерьез. В нее веришь. На фоне картонных ужасов она особенно впечатляет. Вот оно, чудо театра. Высокое лицедейство. Ты соприкасаешься с ним, и черный юмор вдруг и впрямь холодит душу. Интеллектуальный фастфуд кажется духовной пищей. А забавная игра в бисер приобретает вкус большой настоящей игры.
Пресса
Один вариант на миллион, Александр Малюгин, Аргументы недели, 18.02.2016
Трагический клоун, Светлана Хохрякова, Театральная афиша, 24.12.2014
9 вопросов для Сергея Сосновского, Пресс-служба МХТ, 6.11.2014
Алексей Кравченко для спектакля по МакДонаху вживался в роль в психушке, Марина Шнайдер, Комсомольская правда (Пермь), 14.10.2014
«Пьяные»: правды ради, Наталья Витвицкая, Ваш досуг, 16.05.2014
Спектакль для несогласных, Роман Должанский, Коммерсантъ, 18.06.2012
Готов застрелиться? Всегда готов!, Наталия Каминская, Культура, 17.12.2009
Криминальные таланты, Алла Шендерова, КоммерсантЪ, 1.09.2009
Цена вопроса, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 28.05.2007
Казус Катуриана, Алена Карась, Российская газета, 15.05.2007
Расскажи нам о зеленом поросенке, Олег Зинцов, Ведомости, 15.05.2007
Дети на сцене играли в гестапо, Марина Давыдова, Известия, 14.05.2007
Русь уходящая, Григорий Заславский, Независимая газета, 24.01.2006
Ледяной дом, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 21.01.2006
Рисковал, но выиграл, Алексей Филиппов, Московские новости, 20.01.2006
Любовь в кубе, Глеб Ситковский, Газета, 19.01.2006
Жена дезертира, Ольга Егошина, Новые Известия, 19.01.2006
Три бойбренда, Наталия Каминская, Культура, 22.12.2005
Один как перст, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 19.12.2005
СУМЕРКИ, или МЕРЗЛАЯ ЗЕМЛЯ, Наталья Пивоварова, Экран и сцена, 11.2005
Кровать для десятерых, Александр Смольяков, Культура, 3.03.2005
КОГДА В ПОСТЕЛИ ЧУВСТВАМ ТЕСНО, Леонид Петров, Вечерняя Москва, 18.02.2005
31 августа против культур-мультур, Елена Ямпольская, Русский курьер, 17.02.2005