ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

Обманутые и соблазненные

Марина Токарева, Московские новости, 27.04.2007
Классика — фетиш, классика — неоткрытая планета, классика — вечный соблазн. На то она и классика, что мы в ней уже учтены и взвешены, предсказаны и поняты, надо только суметь различить буквы. Дешифровка — дело таланта и слуха на время. Персонажи двух столичных премьер — по Гоголю и Достоевскому — одеты в шинели не потому, что спектакли оформил один сценограф…

Мальчики вышли в игроки

«Увы, растаяла свеча молодчиков каленых, что хаживали вполплеча в камзольчиках зеленых…» — преждевременно обмолвился Мандельштам. Никогда она не растает, эта свеча. Вот она горит — на каждом столике, перед каждым из девяти сидящих к нам спиной «молодчиков» в спектакле Сергея Женовача «Игроки».

Мистический зальчик с колоннами, в котором вот-вот что-то произойдет, — площадка замысла. Художник Александр Боровский одел всех в черные пальто шинельного образца. Посадил за персональные столики, затянутые зеленым сукном — у каждого своя «делянка». Те, кто определен в «игроки», скоро повернутся, обменяются репликами, вступят в заговор, начнут играть, закусывать, лгать, разыгрывать… Студенчески голодные, азартные, слитые во всех своих проявлениях — неуловимо и внятно схожие, как члены клана, выходцы из одной организации. Одинаковость, типажность — ключ к решению. Воспитанники Женовача, которые вчера точно и страстно вели тему в спектакле по мотивам «Братьев Карамазовых», так же безошибочно, без срывов в премьерной постановке ведут мотив незавершенной пьесы Гоголя.

«Мальчики» стали «Игроками». Это на редкость внятная иллюстрация старого диагноза Антонена Арто: на смену борьбы идей приходит борьба вожделений. 

Уже пришла. В вечную одежду гоголевского сюжета нарядилась злоба дня: в персонажах спектакля — единство идеологии, нацеленность на игру стаей, дележку. В конечном итоге даже и не важно, что Ихарев (Андрей Шебаршин) надут (кинут) новыми друзьями. Их ансамбль (бригада) артистически разобран по ролям: чего стоят хотя бы партии ранимого, ласкового взяточника Псоя Замухрышкина (Сергей Аброскин), безбашенного Глова-младшего (Сергей Пирняк), виртуоза Швохнева (Александр Обласов). Это, в общем, не про шулеров, хотя все тут каталы и кидалы. Пространство лохотрона, возникающее на наших глазах, универсально и самоценно. Игроки Женовача — из новых поколений «надувательной страны» — тех, кто стремится присвоить, подобрать, раздербанить, распилить все, что попадается на пути; по залу сквозняк идет от их жадной, неизбывной энергии, питающей неизбывную же надувательность почвы, с каждым новым слоем игроков заново отвердевающей в закон национальной жизни.

Все происходит «в присутствии» Гоголя: его бюст всегда на сцене; на него повесят пальто, наденут шляпу, он будет казаться великаном с карликовым телом, а в финале повернется спиной, и эта его уходящая, осуждающая спина станет одним из самых остроумно простых и забавных ходов режиссера. «Эх, рассказать бы Гоголю про нашу жизнь убогую…» — как пелось в известной песне, кажется, только вчера. А сегодня ясно: Гоголь и так все знает…

Дети райка

Говорят, вручая текст Александру Галибину, Олег Табаков фирменным голосом Матроскина сказал:

 — Смотри! Интере-е-е-сная пьеска, но - можем провалиться…

Не провалились.

…В фойе «Табакерки» бывалая билетерша выкликает: «А вот покупаем программки самые дешевые! А заходим в буфет — дверь открыта! А мобильнички выключаем, артистам работать даем!» — и ярмарочные эти интонации попутно, ненароком служат прологом к представлению. 

Жанр его — раёк. Валерий Семеновский совершил то, что в позапрошлом веке могли бы счесть поступком дерзновенным, — написал пьесу по мотивам «Бедных людей» Достоевского. Впрочем, инсценировки по великой прозе сегодня в театре дело обычное: от старых мхатовских «Карамазовых» до недавней додинской постановки «Жизни и судьбы» Гроссмана. Спектакль поставлен Галибиным и назван «Ловелас». В нём пять действующих лиц: Варя Доброселова, Макар Девушкин, Он, Она, и Некто.

«Табакерка», как известно, маленькая. Шаг из глубины сцены — и актер рядом со зрителями.

 — Свет дайте! — говорит Некто, и луч, падающий на лицо, выводит его из времени действия — к нам, в настоящее время. И зал сразу вовлечен в знаменитую переписку, составившую сюжет.

 — «Милейший», — обращается Некто к девице из второго ряда, — вы это можете произнести? Положим, ну а… «границ добра не знающий»? А вы, молодой человек, могли б обратиться к спутнице «милостивая государыня»? Ну-ка! А «жизнёночек»?! Зал отзывается — легче, охотней. В спектакле появится персонаж, любящий Пушкина, — возлюбленный героини, умерший от чахотки.

 — Ну?! — с оттенком жалостливого пренебрежения входит Некто в вираж диалога. — Кто сегодня читает Пушкина?

 — Читаем! Читаем! — откликается зал.

 — Да неужели?! — взлетают с недоверием брови. — Хоть что-нибудь прочтите!

Из зала, с двух-трех мест звучат волшебные строфы.

 — Бедные люди! Вот только кто и читает сегодня Пушкина! — победно резюмирует актер. Хохот. Позже Некто быстро и грамотно организует лес: кто-то в зале кукует (кукушечка!), кто-то стучит (дятел!), кто-то насвистывает (пташки!) — под этот аккомпанемент у героев романтическая прогулка на взморье…

Так возникает рамка, театр в театре, по-нынешнему — интерактивный контекст. Апарты — способ интерпретации, язык, на котором авторы объясняются с залом. Режиссерский ход обыгрывает и плебейский скепсис по поводу тягомотины, именуемой классикой, и хрестоматийные штампы, и сквозные мотивы, доплеснувшиеся до нас из XIX столетия («Любите ли вы театр?..») Он дает нерв, и без пафоса, играючи стирает границу между театром и жизнью: герои Достоевского словно бы выходят из зрителей, а зрители на правах участников входят в повествование, где ирония и драма неразъединимы.

Раёк — не только галерка, не только потешное ярмарочное увеселение, это ещё и ящик с круглыми отверстиями, заглядывая в которые можно видеть картинки через увеличительное стекло. Так происходит и укрупнение смыслов.

Герои спектакля — дети райка. За занавеской, сшитой полосами из ситцев, тюля, бархата (Боровский-младший, художник спектакля, пародийно цитирует знаменитый, надвигающийся на героев отцовский занавес из «Гамлета») разворачивается сюжет тонких отношений: Макар Девушкин (Денис Никифоров) здесь влюбленный растяпа: молод, порывист, безгранично самоотвержен, несколько растрепан душой — и Варя (Ольга Красько) — и романтична, и внезапно практична, и на свою беду жертвенна. Их диалог течет от соседской благодарности к сокрушению о родной душе. Есть еще второстепенные персонажи (Маргарита Горюнова и Аркадий Киселев). Но главный здесь — Некто. С лица Сергея Угрюмова смотрят глаза-амбразуры: холодные, циничные. Вершитель злого карнавала, он резко меняет обличья: и служанка Марфа, и бродячий кукольник, и студент, и бездарный сочинитель, и обманщик Быков. Некто — соблазнитель душ, совратитель умов, пошлый бес, что толкает бедную героиню к браку по расчету, бедного героя — к открытому окну. Ловелас, одним словом.

Александр Галибин ставит Достоевского жестко, с мотивами балагана, агрессивно отвоевывая возможность диалога с тем зрителем, который пожирает рекламу, пользуется презервативами и давно не понимает, что такое акварельная гамма чувств. Он вводит в спектакль иронические стихи, рок, пластику. Драма бедных людей — драма не только Вареньки и Девушкина, но и тех, кого обглодала современность. Искусство в ней чаще всего полно голой, беспощадной правды. Но «Правда, — говорит нам Достоевский косноязычными устами героя, — не всегда справедлива. Если нежности нет к человеку, а одна только правда о нём, то вот и несправедливость!»

Авторы «Ловеласа» — за справедливость.
Пресса
Евгений Гришковец превратил театр в роддом, Зоя Игумнова, Известия, 10.04.2017
Гришковец представил спектакль «Весы» в МХТ, видеосюжет телеканала «ТВ-Центр», 24.03.2017
Евгений Гришковец представляет спектакль «Весы» в МХТ, видеосюжет телеканала «Культура», 24.03.2017
«Весы» в МХТ им. Чехова, Илья Золкин, Культура двух столиц, 23.03.2017
Табакову на юбилей подарили 80 арбузов, Марина Райкина, Московский комсомолец, 18.08.2015
МХТ – для всех и для каждого, Липецкая газета, 29.06.2015
«№ 13D» в МХТ им. А. П. Чехова, Алла Шевелева, Театральная афиша, 24.02.2014
«№ 13D». Интервью на фоне спектакля, телеканал «Театр», 18.02.2014
Когда Верник не улыбается, Марина Райкина, Московский комсомолец, 31.01.2014
«Чайка» № 13. Хлебная. В клеточку, Наталия Каминская, Петербургский театральный журнал, 25.01.2014
Машков вернулся в МХТ с новой постановкой пьесы «№ 13», видеосюжет телеканала «Мир 24», 25.01.2014
Палата общин № 13, Елена Дьякова, Новая газета, 25.01.2014
«№ 13D»: Чертова дюжина Владимира Машкова, Анна Балуева, Комсомольская правда, 24.01.2014
В МХТ вновь поставили спектакль «№ 13», видеосюжет телеканала «Москва 24», 22.01.2014
Режиссер Машков вернулся в МХТ со старым спектаклем на новый лад, видеосюжет телеканала «Россия 24» («Вести»), 21.01.2014
«№ 13D» — премьера спектакля Владимира Машкова в МХТ, видеосюжет радио «Голос России», 21.01.2014
В номерах…, Эмилия Деменцова, Театрон, 21.01.2014
Машков выкинул номер в формате 13D, Марина Райкина, Московский комсомолец, 18.01.2014
Театр-студия Олега Табакова отмечает четверть века, видеосюжет телеканала «ТВ-Центр», 1.03.2012
Love story а ля Достоевский, Ирина Шведова, Московская правда, 11.05.2007
Кто такой Некто?, Вечерняя Москва, 4.05.2007
Обманутые и соблазненные, Марина Токарева, Московские новости, 27.04.2007
Премия легкого поведения, Марина Шимадина, Коммерсант, 28.12.2005
Жулик на честном пиру, Валерий Бегунов, Современная драматургия, 1.07.2005
Кукольный дом, Алиса Никольская, Театральная касса, 18.04.2005
Любовь и жулики, Ирина Алпатова, Культура, 31.03.2005
Три вопроса Сергею Угрюмову, Артем Солнышкин, Досуг&развлечения, 31.03.2005
В НАРОДНОЙ ДРАМЕ ПОДДЕЛОК НЕ ЗАМЕЧЕНО, Петр Леонидов, Вечерняя Москва, 28.03.2005
КОГДА В ПОСТЕЛИ ЧУВСТВАМ ТЕСНО, Леонид Петров, Вечерняя Москва, 18.02.2005
Сирота армянская, Роман Должанский, Коммерсант, 24.11.2004
Невинность победила, Артур Соломонов, Известия, 23.11.2004
Праздник, который нельзя отменить, Елена Ямпольская, Русский курьер, 7.09.2004
Хотели как лучше…, Елена Ямпольская, Русский курьер, 9.07.2004
Троянский конь и другие, Алиса Никольская, Театральная касса, 12.2003
Взятие МХАТа, Екатерина Васенина, Новая газета, 16.10.2003
Гришковец осадил МХАТ, Нина Агишева, Московские новости, 14.10.2003
Байки из МХАТа, Итоги, 14.10.2003
Искренность важнее профессии, Григорий Заславский, Независимая газета, 14.10.2003
Бойтесь ахейцев, дары приносящих, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 14.10.2003
Что тот солдат, что этот, Елена Ямпольская, Русский курьер, 10.10.2003
Утомленный Икар, Алена Карась, Российская газета, 8.10.2003
Мы еще повоюем, Александр Соколянский, Время новостей, 8.10.2003
Мифология в песочнице, Роман Должанский, Коммерсант, 8.10.2003
Кому нужен Троянский конь?, Светлана Осипова, Московский комсомолец, 8.10.2003
Евгений Гришковец перестал быть идиотом, Глеб Ситковский, Столичная, 8.10.2003
Их не догонят, Марина Давыдова, Известия, 16.01.2003
Земную жизнь пройдя до половины, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 13.01.2002
Городок в табакерке, Ольга Гердт, Газета, 9.01.2002