Чайка
МХТ

Художественное руководство и дирекция

Ольга Хенкина
Мария Федосеева
Леонид Эрман
Юрий Рожков

Творческая часть

Репертуарная часть

Литературная часть

Музыкальная часть

Лидия Соколова

Издательский отдел

Служба главного администратора

Николай Булыкин

Организационный отдел

Отдел кадров

Анна Корчагина

Отдел по правовой работе и государственным закупкам

Бухгалтерская служба

Альфия Васенина
Татьяна Медведева

Планово-финансовый отдел

Административно-хозяйственный отдел

Татьяна Елисеева
Ирина Цымбалюк
Лидия Суханова
Людмила Бродская

Здравпункт

Татьяна Филиппова

СОТВОРИ СЕБЕ КУМИРА. Олег Табаков о Дмитрии Журавлеве.

, 10.2006
У худрука МХТ им. А. П. Чехова н.а. СССР Олега Табакова, внушительный список творцов, которыми восхищался актер: от Анны Ахматовой до Василия Топоркова. Имена чтецов, мастеров художественного слова, отдельная страница воспоминаний мэтра МХТ. 

Кумиров у меня не было, а вот круг людей, которые вызывали огромное уважение и тем, как жили, и тем, как творили, был.

Дмитрий Николаевич Журавлев — один из моих учителей. Он - практикующий артист, чтец, представлял собой выдающуюся во многих отношениях личность. Мы были его студентами. Он вел у нас художественное слово. Поражали его совершенный репертуар, интеллигентность, ум, доброта. Помню, как на экзамене по художественному чтению я читал из «Федерико» Проспера Мериме. Выучил наизусть из семнадцати страниц примерно страничек пять, которые прочел, а потом начал чесать импровизацию. Дмитрии Николаевич так умилился от моею чтения, что я чуть не заплакал. Мне стало стыдно.

Такая детская доверчивость — один из признаков величины таланта.

Для меня он совершенен в этом редкой профессии. Одновременно с ним жили, работали и другие мастера художественного слова. Но я не могу никого поставить рядом с ним. Правда, я никогда не слышал ни Владимира Яхонтова, ни основателя этого жанра Александра Закупщика. Журавлев — удивительный артист.

Актер Художественного театра Дмитрии Николаевич Орлов мощно читал па радио. Я был зрителем на двух спектаклях Художественного театра, где он играл. Видел его в чудовищной пьесе по повести Валентина Петровича Катаева «За власть Советов», советской абракадабре, где он играл в эпизоде человека по фамилии Моченых. В спектакле рассказывали о подпольных действиях жителей Одессы во время фашистской оккупации: о том, как они жили в катакомбах, убивали врагов. И вот в этом социалистическом сюрреализме возникала абсолютно живая и разрушающая все фигура Моченого. Я уж и не помню, кто ставил, по органика этого актера поражала. Кот кошка так по сцепе проходит. Как после этого играть? Вслед за Орловым я прочел всего «Конька-Горбунка», «Василия Теркина». Орлова я, будучи ребенком, впервые услышал еще в Саратове. Он заронил во мне то зернышко, которое потом взросло, — любовь к художественному чтению. 

А сам я попал на радио благодаря Николаю Владимировичу Литвинову, который взял меня, когда я был еще студентом. Помню, как трудно было пробиться в эту компанию. В нее входили Ростислав Плятт, Алексей Грибов, Геннадий Дудник, Евгений Весник, Анастасия Зуева. Кстати, кроме всего прочего платили на радио очень хорошие деньги. Я попал в этот избранный круг совсем мальчишкой, и мне предстояли испытания: не только быть достойным, а со временем стать с ними на равных, перенимая как их мастерство, так и их ужимки и прыжки. Они ведь умудрялись играть, а потом такую хохму зарядить, что поначалу любой бы растерялся. К примеру, у кого-нибудь из них кончается текст па страничке, а ты работаешь с ним в паре, а он, отчитав, сваливает за ширму. И в этом был шик. Не только в мастерском владении профессией, по и в хулиганстве, которое они себе позволяли. Такая свобода есть свидетельство следующего уровня владения профессией. Это нельзя назвать нелепым или возмутительным поведением, скорее ими демонстрировалось щегольство. Розыгрыш достигался средствами профессии, и против этого не попреть. Удивительные ходы иногда случались, удивительные настолько, что ты понимал: Господи, вот мне бы когда-нибудь так научиться!

Кроме того, есть и прозаический аспект работы на радио — актерский приработок. Если сложить все деньги, которые я заработал в своей актерской профессии, исключая период капитализма, когда нам стали платить европейцы, американцы, — самые большие я заработал на радио. 

Ни в какое сравнение не шло с гонорарами па телевидении. Самая большая ставка па радио, если мне память не изменяет, равнялась 21 рублю за минуту, а заработная плата достигала 600, даже 1000 рублей. Это была очень серьезная и высокооплачиваемая работа. Но в данный сектор, так называемый золотой фонд, пускали далеко не всех.

Тогда вкладывали серьезные деньги, не без отдачи для государства и не без профита для самого радиоканала. Смотрите, как странно сейчас поступают. Сегодня па радио работают не всегда профессионалы. Нанимают людей, которым можно меньше заплатить. Это же абсурд. В результате исчезает ?традиция, преемственность. Исчезает культуртрегерская функция радио и телевидения. 

Нашим людям предлагались образцы высокой поэзии, исполнительского искусства. Многократность повторения чех записей окупала все расходы. Увы, это — в прошлом.