ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Артисты труппы

Стажёрская группа

Артисты, занятые в спектаклях МХТ

С Володиным не расставайтесь!

Ирина Корнеева, Российская газета, 10.02.2009
Из «Записок нетрезвого человека» Александра Володина: «Как хорошо однажды понять, что ты - человек прошлого. Знакомые думают, что они знают тебя, а на самом деле они помнят тебя. Женщины прошлого красивы, деревья прошлого густы… Стать человеком прошлого в старости — поздно, когда ничего нет в настоящем, то и прошлое не поможет. Но сейчас, когда можно еще жить настоящим, хорошо бы не зависеть от него. Да и от прошлого можно не зависеть. Каким я его вспомню, таким оно и вспомнится…»

Сегодня время — вспоминать Александра Володина, которому 10 февраля исполнилось бы 90 лет. Драматурга, в произведениях которого каждое поколение обязательно найдет что-то свое. От чего будет щемить душу, болеть сердце и есть о чем подумать голове.

При жизни Володину дарили песни и цветы, бутылки водки и стихи. Без него — поздравляют друг друга с его днем рождения так, как будто он продолжает оставаться с нами, только на минутку отошел. Действительно, разве можно представить себе нашу жизнь без володинского «Осеннего марафона» или же его «Пяти вечеров», «Старшей сестры», «С любимыми не расставайтесь»…

О драматурге вспоминает актер Станислав Любшин, один из первых исполнителей его произведений, которому в этот день в Санкт-Петербурге присуждается театральная премия имени Александра Володина.

Станислав Любшин: Володина можно назвать событийным явлением, ворвавшимся в нашу современную — я имею в виду по тем шестидесятым годам — жизнь, очищенным от всяких социалистических догм, которыми тогда топтали и убивали подлинные таланты. Заставляя необыкновенно одаренных наших драматургов изображать плакатные стройки и плакатных людей — это считалось большой темой. Но как только писатель касался жизни простого человека с его страстями, болью, заботами, страданиями, радостью, то есть с тем, что проходит каждый человек в своей жизни естественным путем, — это называлось мелкотемьем.

Российская газета: И Володин тогда хорошо подпадал под это определение. ..

Любшин: Он прошел фронт. А второе, что ему пришлось пережить, если посмотреть на все серьезно и не пафосно, то это была травля его пьес. Люди, прошедшие войну, мечтали увидеть жизнь, в которой они сами существуют. Ну сколько же врать-то можно друг другу без конца, изображать, что это счастье, а вот это беда, горе… А Володин — совершенно не тронутый этими удавками — вдруг пишет все так, как есть. Светлейший человек, добрейший. Он был совершенно свободен в поступках и - что самое поразительное — свободен в мышлении. Он всегда был естественен. Ведь человека можно сломать, заставить, он будет другим. Володина ничто подобное не коснулось, для него «мелкотемье» — это был второй фронт. Так он и существовал. Что ни пьеса — судьба страны.

Посмотрите, какие потрясающие женские портреты у Володина — в «Фабричной девчонке», «С любимыми не расставайтесь», Тамара в «Пяти вечерах», «Дульсинея Тобосская»… А какие мужские судьбы окружают этих женщин! Есть писатели, драматурги в нашей стране, преуспевающие, обеспеченные, — те, которые прекрасно существовали, не нищенствовали, не переживали, но все время чувствовали, что на них земля держится. И были писатели, драматурги — пики, которые остаются надолго-надолго. Это Антон Павлович Чехов. Это Виктор Розов, который тоже, как и Володин, был фронтовиком. Я думаю, продолжение Володина — это Вампилов, последовавший за ним. И, разумеется, сам Володин. На его пьесах вырастали режиссеры, актеры становились актерами. А в моей-то жизни это, извините за нескромность, — судьба. Мне Бог подарил великого драматурга и роли, которые он написал: я сыграл в «Современнике» Славку в «Пяти вечерах», а потом Никита Михалков вторично мне подарок с помощью Александра Моисеевича Володина сделал — Ильина в «Пяти вечерах» дал.

Вот если сейчас посмотреть на его жизнь. Потрясающе, как можно оставаться всегда естественным, искренним, очень скромным, простым, добросердечным, не терять юмор, какой-то светлый взгляд на мир и на людей… Он радовался человеку, как ребенок. Сказать взрослому: «В вас много детскости», — как-то всегда подозрительно звучит, но это так. И нигде не изменить себе, не сломаться, не погибнуть, пройти, пронести вот все это и оставить такой след, осветив собой присутствие на земле… Низкий вам поклон в ваш день рождения, Александр Моисеевич Володин. 

РГ: С первого взгляда вы можете определить, володинский это человек или нет? Что его от других отличает?

Любшин: Но что значит володинский человек? Вот шукшинский — это ясно и сразу видно. А володинского нужно соотносить с Александром Моисеевичем, а для этого надо его знать. Вот если в человеке присутствуют его ирония, жизнелюбие, доброта, сердечность, о чем я говорил, тогда можно сказать: это его родственник, человек его круга.

РГ: А когда вы первый раз лично увидели Володина?

Любшин: Когда он приехал смотреть «Пять вечеров» в «Современник» из Ленинграда. Был замечательный спектакль, Олег Ефремов Ильина играл, Олег Табаков — Славку, Женя Евстигнеев — инженера, Лиля Толмачева — Тамару… Меня в этот спектакль ввели на роль. Дирекция театра перепутала — Табаков играл «В поисках радости» и в «Пяти вечерах», и два спектакля поставили в один день — на выездной площадке и в гостинице «Советская». Потом в день спектакля — бывает так — схватились за голову: как же артист может одновременно в одном конце Москвы играть и в другом? И в три часа дня мне говорят: Слава, давай играй. Я не испугался. На меня спектакль такое впечатление произвел, что я с одного раза запомнил все роли партнеров и все мизансцены. Поехал к Ефремову на репетицию домой — у него, по-моему, плеврит был, температура, он лежал без майки, перепоясанный каким-то белым полотенцем на груди, и не мог даже говорить. Я проигрывал сцену, передвигаясь от стола к стулу, а он поднимал палец, что означало — теперь он говорит. Однажды он сделал мне замечание, покачал пальцем, что не туда я пошел, а я с ним поспорил — жалея его, его же жестами. Он тогда опустил палец, махнул, давай, мол, как хочешь… Но чем он меня поразил: когда в семь часов мы вышли на сцену, Ефремов выглядел абсолютно нормальным и здоровым, я думал, кто это там лежал, пальцем-то мне все указывал, куда ходить?

А далее получилось так, что, памятуя, что Володин не совсем спектакль твердо принял, Галина Волчек, которая очень дружила с Александром Моисеевичем, собрала нас, второй состав, и стала репетировать. Пошла уже практическая работа. И в чем талант ее был как педагога — она сразу понимала, как с каким актером надо работать. Мне она говорила после каждой репетиции: «Слава, хорошо», — как мама ребенку, который не слушается. «А теперь вот об этом подумай». И я шел домой и думал. А так как мы репетировали утром-вечером, силенок было мало, опыта нет, ко второму приезду Володина я стал со своей нервной системой иссякать. И когда надо было показывать — у меня давление, газета падает от ветра со стола на пол, а мне кажется, что это бомба взрывается. Померили температуру — у меня 33. К вечеру я ожил, он посмотрел, поздравил нас, уехал, и мы стали играть.

Володин был не из тех людей, которые долго говорят о своих впечатлениях. Его оценки были светлые, добрые, но коротенькие: молодцы, здорово. Я не хвалюсь, но какие-то слова он находил точные, и видно было, что это искренне.

РГ: Андрей Краско однажды рассказывал, что ему Володин признавался: «Я смотрю вот фильм „Пять вечеров“, у меня такое впечатление, что роль Ильина я как будто специально для Любшина написал…» Когда вы фильм снимали, Володин приезжал на съемки?

Любшин: Он приезжал как друг Никиты Михалкова, болельщик нашей организации. Как это было. Володин на студию привозил большую бутылку коньяка и ждал, когда у нас начнется перерыв. А мы же в полторы смены снимали. Он все торопил: «Никит, ну хватит уже». — «Саш, Саш, ну подожди, ты же видишь, сейчас, сейчас». Володин ходит-ходит, мучается-мучается. «Ну, Саш, ну потерпи немножко, вот сейчас снимем…» Александр Моисеевич не выдерживал. А у нас была гример — очень яркая женщина, и губы она красила помадой такого красного пожарного цвета. И вот они с Александром Моисеевичем куда-то вдвоем уходили, а возвращался он уже веселый и тоже весь в красной помаде. Тогда Никита, понимая все, объявлял: «Так, перерыв. Но только пятнадцать минут!» И Володин сидел до вечера уже такой тихий, чувствуя себя почему-то виноватым… Вот так работа продолжалась.

РГ: То есть вы с ним роль Ильина не обсуждали.

Любшин: Он не касался. Он почему-то, когда Никита захотел взяться за «Пять вечеров», как я знаю, стал его отговаривать от идеи — боялся, что если снимать пьесу как современную историю, то она не пройдет. А Никита делал это как ретро. Тогда Володин успокоился и доверился ему. Только дописал для фильма сцену, когда я хожу по ресторану, вспоминая песню. Хотел привнести в судьбу человека фронт, войну.

РГ: Куда Ильин все-таки приезжает: в Ленинград, как в спектакле, или в Москву, как в фильме?

Любшин: Не имеет значения, куда он приехал, — важно, что он возвращается. Здесь какая еще сложность была, почему к пьесе придирались. Ильин ведь не только воевал, он же еще и сидел. В тексте было ясно, что человек прибыл из тех самых мест, где он очень много страдал. Сибирь, он шофер, он не рассказывает об этом — хвалиться-то нечем, но в поведении персонажа надо было найти такое качество, которое бы говорило, что это не пианист приехал из России, а человек, прошедший очень трудную жизнь. Он не педалирует, он все в себе держит, но видно, через что он прошел. Вот еще тонкость какая должна была быть. Кажется, мы это поймали.

РГ: А Володин был на премьере «Пяти вечеров»?

Любшин: Он был, я не был.

РГ:???

Любшин: Да я поехал на какие-то выступлении, а там самолет не вылетел… Но я видел зато, как за границей фильм Володина принимали потрясающе… В Монреале на фестивале, когда пошел фильм, в зале стояла гробовая тишина. И только было слышно, как кто-то то и дело то тут, то там всхлипывает. Когда картина закончилась — минут пятнадцать длились овации, — мы не могли из рядов выйти. Люди подходят и все хлопают, хлопают. А на тебя же это действует — начинает что-то набегать уже на реснички-то… Ты борешься со своим здоровьем, как бы задание себе дал: буду держаться мужественно — а не держишься, не выдерживаешь… Выбрались мы, а тут народ — не вру — полтора часа стоял вокруг кинотеатра, не расходился. Эмигранты, понятно, по-русски нас поздравляют, а иностранцы подходят, что-то говорят, женщины сразу целуются, мужики обнимают…

РГ: Как вам определение: володинская система координат — это ни с чем не перепутанные понятия о добре и зле, справедливости…

Любшин: Это очень математически. Как про стулья: вот они стоят, это наши стулья, а это — наши координаты. Нельзя так ставить вопрос, с моей скромной точки зрения. Какие координаты? Есть поток ощущений, восприятий, а дальше, как он говорил, «все забудется, все уйдет в прошлое».

… Что я замечал: пластически он не менялся. Не горбился. Стариком не стал. Наверное, опять же его светлейший внутренний мир позволял ему вот так смотреть на окружающих. «Никогда не думай, что о тебе думают другие». Володинская фраза. Вот правоверная позиция: не думай и не создавай о себе миф с помощью других людей, которые так ли думают или по-иному. Будь самим собой — а это самое сложное.

РГ: Вы можете согласиться с такой формулировкой: володинская драматургия — это бесконечные поиски ответа на вопрос: в чем счастье человека?.. Несмотря на его крайне пессимистическое наблюдение, что «счастье — пустынное слово среднего рода».

Любшин: А это традиционные поиски любого драматурга. И Чехов тем же самым занимался. У Володина только ярко выражено — с иронией и с юмором, что лучшее — впереди. Он был оптимистом. Многие писатели, которые ищут смысл жизни, не знают, а Володин знал и был в этом абсолютно уверен, что лучшее — всегда впереди. Как его герой в «Пяти вечерах»…
Пресса
«Чайки» в свете рампы МХТ, Марина Эратова, Закулисье, 4.11.2015
В МХТ вручили награды, видеосюжет телеканала «Культура», 27.10.2015
В МХТ отметили 117 день рождения театра, видеосюжет Пятого канала, 27.10.2015
Золото от дяди Вани, Ирина Корнеева, Российская газета, 27.10.2015
Карьера одной истории, Ирина Алпатова, Театр, 14.05.2015
«Мефисто» с нами, Ирина Корнеева, Российская газета, 22.04.2015
В аду пусто, все демоны здесь, Столичный информационный портал, 17.04.2015
МХТ поставил запрещенный роман Клауса Манна, Ирина Корнеева, Российская газета, 17.04.2015
Олег Табаков дал старт новому сезону в МХТ, телеканал «Культура», 3.09.2013
В МХТ имени Чехова прошло чествование Станислава Любшина, видеосюжет телеканала «Культура», 19.04.2013
Станислав Любшин отмечает 80-летие, Вечерняя Москва, 6.04.2013
Актеру Станиславу Любшину исполняется 80 лет, видеосюжет телекомпании «Мир», 6.04.2013
Последний князь, Ирина Корнеева, Российская газета, 5.04.2013
Он ждал чего-то другого, Независимая газета, 5.04.2013
Застава Любшина, Светлана Хохрякова, Московский комсомолец, 5.04.2013
«Позови меня в даль светлую», Станислав Любшин!, Любовь Лебедина, Трибуна, 4.04.2013
Острова. Станислав Любшин, телеканал «Культура», 3.04.2013
Сирано де Ефремов, Ирина Корнеева, Российская газета, 1.10.2012
115-й сезон стартует в МХТ имени А. П. Чехова, фотогалерея «Комсомольской правды», 7.09.2012
Поцелуи после разлуки, Любовь Лебедина, Трибуна, 4.09.2012
Сбор труппы МХАТа им. А. П. Чехова, фоторепортаж PRAVDA. RU, 3.09.2012
Олег Табаков. В поисках радости. Театральная повесть в пяти вечерах, Анатолий Смелянский, телеканал «Культура», 13.08.2012
Станислав Любшин в телепроекте «Встречи на Моховой», ТРК «Петербург — Пятый канал», 13.02.2011
МХТ отметил 112-летие вручением Чеховских медалей, видеосюжет программы «Вести», телеканал «Россия-24», 27.10.2010
На краю «Обрыва», Ольга Егошина, Новые известия, 11.05.2010
Русские обрывы, Алена Карась, Российская газета, 4.05.2010
Обрыв со ступеньками, Ольга Фукс, Ведомости, 4.05.2010
Заглянуть на дно обрыва, Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Мой серебряный шар. Станислав Любшин, Виталий Вульф, телеканал «Россия», 2010
С Володиным не расставайтесь!, Ирина Корнеева, Российская газета, 10.02.2009
Любимый Любшин, Ольга Шумяцкая, Российская газета, 7.04.2008
Современник, Ирина Корнеева, Российская газета, 1.10.2007
Тот самый Янковский. Гостиная Любшина., Ирина Корнеева, Российская газета, 20.02.2004
Есть несколько Любшиных, Артур Соломонов, Газета, 7.04.2003
Актер на все времена, Алексей Александров, Известия, 6.04.2003
Нас выбирают, мы выбираем, Игорь Шевелев, Время МН, 4.04.2003
Молодая кровь, Григорий Заславский, Русский журнал, 26.09.2001
Осколки разбитого вдребезги, Елена Дьякова, Газета.Ru, 22.09.2001