ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Муж, жена и любовник

Виктор Борзенко, Новые известия, 28.10.2010
Первой премьерой сезона на основной сцене МХТ имени Чехова стал спектакль с кассовым названием «Призраки», поставленный Евгением Писаревым. И хотя «Призраки» заявлялись сперва как искрометная комедия про дом с привидениями, получилась скорее философская притча про мир иллюзий. Призраки — это наши страхи и домыслы, однако жить с ними, по мнению режиссера, гораздо уютнее, нежели лицом к лицу с действительностью.

Главных героев спектакля трое — муж, жена и любовник. В основе сюжета старый анекдот о том, как муж не замечает любовника. Однако этот анекдот в пьесе итальянского комедиографа Эдуардо де Филиппо получил философское развитие, превратился в трагикомедию масок. Молодые супруги (Паскуале и жена его Мария) селятся в доме, о котором ходят слухи, будто бы там живут призраки. На протяжении многих лет владелец старинного здания не мог сдать роскошные квартиры в аренду и потому супруги могут жить здесь бесплатно, но обязаны развеять страшные слухи, которые ходят о доме. Для этого Паскуале (Игорь Хрипунов) должен пить кофе на балконе, выбивать ковры на виду прохожих и делиться с соседями из других домов о том, как выгодно и уютно ему живется. Хозяин надеется, что миф о призраках будет разоблачен и дом удастся заселить квартирантами. Это отправная точка сюжета. Хотя главная интрига в другом: Паскуале — мошенник (он потому и поселился здесь, что платить за квартиру не надо). Он, казалось бы, готов развеять пересуды, но когда в доме замечает любовника своей жены, предпочитает принять его за призрака.

По словам режиссера, он ставил анекдот про любовный треугольник, но получилась философская притча. Поэтому в спектакле нет никаких примет времени: герои одеты в классические костюмы, которые трудно отнести к какой-либо эпохе. В элегантной белой шляпе или в длинном кожаном плаще, как у Виталия Егорова (он играет любовника), можно было появиться на улице и сто лет назад, а можно и в наши дни. Свои комедии Эдуардо де Филиппо писал исключительно про неаполитанцев, однако Евгений Писарев вместе с художником Зиновием Марголиным убрали и всевозможные намеки на итальянскую культуру. В самом деле, не имеет значения, в какой стране происходит действие. Человеческие нравы, своеобразие характеров можно наблюдать здесь, на последнем этаже старинного дома, выше которого только небо (об этом свидетельствует, например, ярко-синий задник сцены). И не так важно, что у героев пьесы итальянские имена. Значительно важнее, что напротив каждого из них в театральной программке дается характеристика в традициях театра масок. В частности: муж — это страждущая душа, жена — заблудшая душа, любовник — мятущаяся душа, жена любовника — скорбящая душа, дочь любовника — невинная душа, родители жены любовника — бесполезные души, грузчики — обреченные души и так далее. Как драматург, Эдуардо де Филиппо сочетал в своих пьесах традиции психологического театра и театра масок, и эта масочность проявилась не только в комментариях, напечатанных в программке, но и в самой стилистике игры, условностях существования актера на сцене.

И если ряду персонажей спектакля лишь по велению рока свойственно носить ту или иную маску (как, например, привратник — черная душа), то Паскуале выбирает для себя маску сам: он рад принимать любовника жены за призрака, поскольку этот призрак всякий раз оставляет ему в карманах пижамы много денег. А на эти деньги можно не только семью прокормить, но и обставить квартиру дорогой мебелью. Он рад обманываться, лишь бы не столкнуться с жуткой реальностью, лишь бы не ощутить, что ему грош цена как главе семьи. Фактически этим спектаклем артисты МХТ проиллюстрировали известное высказывание Ницше: «Искусство нам дано, чтобы не умереть от истины». Только «искусством» в данном случае является самообман главного героя.
Пресса
Муж, жена и любовник, Виктор Борзенко, Новые известия, 28.10.2010
Премьера спектакля «Призраки» в МХТ имени Чехова, видеосюжет телеканала «Звезда», 8.10.2010
«Призраки» захватили МХТ имени Чехова, видеосюжет телеканала «Культура», 7.10.2010