ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

«Мышеловка» для Тартюфа

В. Фролов, Вечерняя Москва, 27.10.1981
Новый спектакль Художественного театра «Тартюф» — захватывающее по ритмам, по потоку комического (в зале почти не умолкает смех), умное и веселое зрелище. Его творят актеры, которым постановщик А. Эфрос предлагает мольеровский — комедиантский — способ игры. С иронией и импровизацией режиссер вводит нас в комедию Мольера (перевод М. Донского), в мир невероятных происшествий. 
Здесь доброта и наивность сталкиваются с насилием и ханжеством. Здесь персонажи затрачивают столько энергии и выдумки, чтобы, смеясь и забавляясь игрой комического воображения, найти, истину и правду, осрамить зло, восстановить равновесие. В спектакле оживает вахтанговское начало, органически вплетающееся во мхатовские традиции. 
Молодой художник Д. Крымов одел сцену в добротные, «старомхатовские» материалы: занавеси, задники, куски гобеленов, вышивки золотом и серебром. Во всю сцену подвешена люстра с двумя рядами светильников. Все дышит красотой, покоем прекрасного; в стиле эпохи — и разноцветье костюмов.
Украшает спектакль полифонический актерский ансамбль. Тон задает изысканно-грациозная А. Степанова, исполнительница роли госпожи Пернель, которая произносит слова, ставшие ключом ко всему спектаклю:
Все спорят, все орут, почтенья нет ми в ком,
Да это не семья, а сумасшедший дом!
Степанова, подтянутая, как струна, затаив улыбку, сидит в кресле и аттестует персонажей, причем тут каждый штрих — «зерно» образа. Все вокруг клянут Тартюфа, называя его тираном, шельмецом, прибравшим все к рукам. Зато для Пернель он - святой праведник. 
Да, играется бедлам, почти «сумасшедший дом». Актеры все время в движении: они то вдруг застывают группой, как на гравюре, то рассыпаются. убегая в разные двери, а то один из них «крупным планом» идет к зрителям, ища у них поддержку.
Создается целостное, пружинистое зрелище, срывающее маску с лицемера, хама, наглеца Тартюфа, образ которого лепит С. Любшин, дебютирующий на мхатовской сцене. Подлый и надменный тиран, обобравший хозяина дома и пойманный с поличным, ни перед чем не постоит. Ты плюнь ему в глаза, а он утрется и глазом не моргнет. У актера есть все для этой роли, но сейчас нельзя сказать, что она целиком освоена им. 
Я пишу по первому впечатлению, и не все, что так взволновало меня, смогу охватить. Скажу главное: все актеры со свободной одухотворенностью играют этот иронически-серьезный спектакль.
А. Калягин — добрейший и смешной Оргон, под конец по-чаплински грустный и трагикомический. Он появляется в смешном белом парике, шляпе. Улыбается. Милый, добрый Оргон, сколько же он принесет нам смеха, раздумий. 
Начинает артист с того, что четырежды нетерпеливо спрашивает служанку Дорину: «А как Тартюф?». И каждый раз в зале смех: для Оргона Тартюф — человек не от мира сего, святой, а для смекалистой Дорины — здоровяк, любитель выпить и поесть. Долго калягинский Оргон пребывает в обмане. И только. просидев под столом и став свидетелем ухаживания Тартюфа за оргоновской женой (о, как виртуозно обыгрывается столик, накрытый коричневым покрывалом, ставший «мышеловкой» для Тартюфа), прозревает почтеннейший отец семейства.
Великодушна, изящна и женственна в роли Эльмиры А. Вертинская. В переливах тончайших деталей роли, порой наимпровизированных, актриса сохраняет лукавство иронии, достоинство артистического ума.
А еще здесь есть Дорина — Н. Гуляева, горластая и шаловливая умница с улыбкой на устах. Мариана — Е. Королева, тихоня-кукла, в которой бушуют страсти. Клеант — Ю. Богатырев, в пародийно-шутовской манере произносящий монологи. Б. Дьяченко (Валер), М. Лобанов (Дамис)…
«Тартюф» во МХАТе — праздник настоящей театральности и подлинной сатиры. В финале любшинский Тартюф стоит в наручниках (его отправляют в тюрьму), гордо вздернув голову. Он сумел наглостью выковать оружие из добрых дел, усыпить благодушных, обобрать их ложью и обманом. Тартюф настырен и живуч.
«Не обольщайтесь, — сказано у Мольера, — он везде найдет ходы…»
Пресса
Оборотни в сутанах, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 12.11.2004
Матроскин, Олег Зинцов, Ведомости, 12.11.2004
Беспредел в полоску, Глеб Ситковский, Газета, 12.11.2004
Карнавал ожившей мебели, Роман Должанский, Коммерсант, 12.11.2004
Классик в неглиже, Ольга Егошина, Новые известия, 12.11.2004
Хитрости дурацкого дела, Александр Соколянский, Время новостей, 12.11.2004
Веселись — не хочу, Марина Давыдова, Известия, 12.11.2004
Сестра Тартюфа, Елена Левинская, Московские новости, 12.11.2004
Тартюфом меньше, Дина Годер, Газета.Ru, 11.11.2004
Тартюф в полосочку, Алена Карась, Российская газета, 11.11.2004
Дело было в зоне, Московский Комсомолец, 1.11.2004
Искусство постижения красоты, В. Бернадский, Вечерняя Алма-Ата, 22.09.1982
«Мышеловка» для Тартюфа, В. Фролов, Вечерняя Москва, 27.10.1981