ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Художники

Художники по костюмам

Художники по свету

Видео

Пьеса для механической женщины

Наталия Каминская, «Культура», 19.12.2002
Вослед двум премьерам на сцене филиала Театр им. Вл. Маяковского выпустил еще одну — на Большой сцене. Пьесу А. Эйкборна «Синтезатор любви» поставил режиссер Леонид Хейфец, несколько лет назад выпустивший в этих же стенах «Кукольный дом» Г. Ибсена. Между ибсеновской драмой и нынешней бродвейской историей — такая эстетическая разница, что она никак не могла не отразиться и на режиссуре. Хейфец, известный тонким и умным прочтением классики, будто примерил на себя пиджак с чужого плеча. Этот «пиджак» ему одновременно и велик (пьеса длинна, а психологической и философской глубины в ней сантиметра на два), и узок (по той же причине). Впрочем, режиссер все сумел приладить, ибо вопрос в данном случае, конечно, не в его безоговорочном мастерстве, а лишь в том, на что это мастерство употреблено. Кассу этот спектакль, безусловно, сделает. Тема — «в кассу», так как речь идет о борьбе мертвых компьютерных технологий с живыми человеческими чувствами. Оформление Сергея Бархина — тоже, так как на сцене мониторы, дисплеи, микрофоны и всякая продвинутая всячина, с помощью которой слегка чокнутый композитор (Анатолий Лобоцкий) синтезирует звуки человеческой жизни в ущерб родным и близким. Костюмы Татьяны Бархиной добавляют интриги, ибо ей в этой пьесе приходится одевать не только жену героя и полюбившую его актрису Зою, но и их электронно-механические копии, то есть роботов. И светятся на последних ожерелья из разноцветных лампочек, и открываются под юбками таинственные механические сочленения на месте суставов. Все это вполне стильно и изобретательно. Говорить подобные комплименты в адрес очень хороших художников и очень хорошего режиссера, впрочем, дело не самое серьезное. Они сумели облагородить… гамбургер, однако превратить его в натуральную котлету со сложным гарниром вряд ли вообще в чьих-то силах. Режиссер, привыкший иметь дело с жизнью человеческого духа на качественно ином материале, уверенно тянет плоскую сценическую историю в подлинный человеческий сантимент. Словно пытается в компьютерную игру про, скажем, героев Диккенса вдохнуть живую душу литературного первоисточника. И неизбежно впадает в эстетику театра двадцатилетней давности, когда в пьесе про суровую западную жизнь хорошие, в сущности, женщины, мужчины и подростки несли с отечественной сцены откровения отечественной души. Получается странный симбиоз: актриса, одетая в «кислотное» платье, живет в интонациях арбузовской героини. Но тут начинается самое главное. То, как живут на сцене актрисы Татьяна Аугшкап и Ольга Прокофьева, требует всех возможных превосходных эпитетов. Они работают грандиозно! Обе играют и живых женщин, и их механические эквиваленты. О пластике роботов можно написать отдельную оду, хочется даже вспомнить знаменитую строку из Уолта Уитмена: «О теле электрическом я пою!»

Л. Хейфец ставил комедию, и механические женщины Аугшкап и Прокофьевой на фантастической технике отыгрывают монотонность запрограммированных движений. Однако неуловимо, изнутри эти роботы светятся «несинтезированными» нежностью и женственностью.

Одухотворенную, изобретательную и темпераментную игру, игру чуть-чуть через край, ибо концентрация противоречивых эмоций предельна, Т. Аугшкап демонстрирует тогда, когда перед нами живая женщина, актриса Зоя. Такую силу сценического обаяния и такую лирико-комедийную мощь редко увидишь на современной сцене. (Как знать, может быть, ради этого «электрического разряда» режиссер и погрузил актрису в эстетику несегодняшнего театра?) У Ольги Прокофьевой, играющей жену героя, сбежавшую от его компьютерного помешательства, другая тональность существования. Ей выпало сыграть сиротство и надежду. Актриса уверенно берет щемящую мелодраматическую ноту и сохраняет при этом тонкий комедийный контур роли.

Две блистательные актрисы, до сего времени не занимавшие в звездной труппе Театра Маяковского достойного их звездного места, играют на уровне события. И хочется верить, что коммерческий Алан Эйкборн с его «кассовой» темой для них — не предел.
Пресса
Принцесса Турандот перевоплотилась, видеосюжет телеканала НТВ, 13.06.2011
Русские обрывы, Алена Карась, Российская газета, 4.05.2010
Заглянуть на дно обрыва, Любовь Лебедина, Трибуна, 28.04.2010
Обрыв любовный и социальный, Елена Ямпольская, Известия, 27.04.2010
Питер Пэн, Лиза Биргер, Time Out, 10.05.2007
Театральный фестиваль — дело живое, Элла Аграновская, Молодежь Эстонии, 18.11.2006
Плюшкин с харизмой, Елена Губайдуллина, Планета Красота, 6.2006
Ее звали Робот, Марина Мурзина, «Аргументы и факты», 22.01.2003
На себя непохожий, Григорий Заславский, «Независимая газета», 23.12.2002
Музыка любви, Наталия Балашова, «Московская правда», 21.12.2002
Пьеса для механической женщины, Наталия Каминская, «Культура», 19.12.2002
Банка сметаны, Елена Ямпольская, «Новые известия», 18.12.2002
Хорошая жена — железная жена, Марина Шимадина, «Коммерсант», 18.12.2002