ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Выход из провинции

Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 1.12.2001
Вячеслав Долгачев был назначен руководителем Нового драматического театра в межсезонье, так что особого шума это не вызвало, хотя определенную интригу при желании можно было прочитать. Долгачев работал в разных московских театрах, но в последние годы был штатным режиссером МХАТа имени Чехова, где поставил пьесу Елены Греминой «За зеркалом», «Тойбеле и ее демон» по роману Исаака-Башевиса Зингера, «Возможную встречу» Пауля Барца, «После репетиции» Ингмара Бергмана, «И свет во тьме светит…» Льва Толстого… Однако сегодня в Москве увидеть его спектакли нельзя — пьесы Бергмана и Толстого, по утверждению сотрудников Художественного театра, не сняты, а «законсервированы». Хотя вероятность расконсервации, как нам представляется, невелика.

Что касается Нового драматического театра, то его известность и внимание к нему в последние годы обеспечивались не только тем, что там ставил спектакли Борис Александрович Львов-Анохин, но прежде всего — «гастролями» в центре, на сцене то одного, то другого московского театра, куда приглашались критики, куда приходила театральная публика. Сам Львов-Анохин и его ученики полагались также и на участие в спектаклях Нового драматического «приглашенных звезд», — в «Ассамблее» и «Блажи» играла Вера Васильева, в «Журдене» — Спартак Мишулин, в «Гадине» — Тамара Дегтярева, «Письмах Асперна», «Причудах мадам де Сталь», «Реванше королевы» и последнем спектакле по Островскому — Оксана Мысина.

После смерти Бориса Львова-Анохина в театре произошел раскол, часть труппы ратовала за возвращение и назначение главным ученика Львова-Анохина, режиссера и сценографа Сергеева, другие выступали против, Васильева и Мишулин встали на сторону первых и, проиграв, перестали участвовать в спектаклях театра. «Журден», где у Мишулина замены не было, пришлось «законсервировать» (если воспользоваться только что введенным термином), в «Ассамблее» во втором составе играла Любовь Новак, поэтому спектакль идет.

В силу сказанного выше адрес постоянной прописки Нового драматического театра — улица Проходчиков — ничего не скажет даже тем, кто так или иначе знаком с его репертуаром. Указатель на Ярославском шоссе предлагает повернуть к Новому драматическому тогда, когда до кольцевой остается не более полукилометра. Разговор с Вячеславом Долгачевым я начал поэтому не с творческих, а с «географических» вопросов.

     — В последние годы Новый драматический театр регулярно выезжал в центр, чтобы выступить во МХАТе или в «Современнике» со своеобразным творческим отчетом. Что вы думаете о таком гастрольном существовании столичного коллектива?

     — Это — очень большой вопрос. Именно его в первую очередь и нужно решать. На мой взгляд, 25 лет назад (а в этом году театр отметил свое 25-летие!) совершили серьезную ошибку, предполагая, что театр сможет существовать на самой отдаленной окраине такого мегаполиса, как Москва. Хотя с первого дня, говоря о том, что театр начинает играть на улице Проходчиков, Новому драматическому обещали найти помещение в центре. Но тогда была и определенная идеологическая установка: считалось, что каждый район должен иметь свой универмаг, аптеку и свой театр. Но театр — не универмаг и не аптека. Он может жить и развиваться только в определенном театральном поле. А для этого, на мой взгляд, для него должно быть выбрано подходящее место, в котором есть реальная театральная публика. А так все 25 лет Новый драматический вынужден был довольствоваться статусом столичного театра с провинциальной судьбой. Когда он выезжал в центр и арендовал сцену МХАТа, «Современника», каких-то других театров, отношение публики было соответствующим, — провинциальный театр, который приехал на гастроли в столицу. К слову, идеологическая установка, которая обеспечила театру его нынешнее местожительства, себя все равно не оправдала. В последние семь лет из-за отсутствия зрителей спектакли играли только три дня в неделю — по пятницам, субботам и воскресеньям. Да и то полные залы не всегда удавалось собирать… Реального зрителя даже на такую работу «провинциального театра» на рабочей окраине нет. Гораздо завиднее в этом смысле участь театра в Ярославле, Орле или Воронеже, расположенном в другом городе, а не на окраине Москвы. Ведь там театр находится в центре и до него легко добраться из любого конца. Представить же себе, что в Новый драматический театр поедет зритель из Выхино, Кунцево или Химок, невозможно, — 25 минут до театра нужно ехать на троллейбусе или автобусе от станции метро «ВДНХ». Даже из центра до него нужно добираться час. Получается, что объективные географические условия в большей степени определяют судьбу театра, чем его художественные победы…

     — А ведь победы были.

     — За 25 лет их было немало. В театр пришел курс Школы-студии МХАТ Виктора Карловича Монюкова. Очень талантливый курс. Те, кто так или иначе выбрался из Лосиного острова, стали звездами — Наталья Егорова играет во МХАТе имени Чехова, Борис Невзоров — в Театре имени Станиславского, Попков — в «Современнике»… Они много снимаются. Другие остались, хотя не были хуже. Наталья Белоусова, Любовь Новак — замечательные актрисы! И не только они, чьи творческие судьбы сложились бы, конечно, иначе, если бы то, что они делают, мог видеть реальный зритель, ценитель театра. Конечно, Новак — заслуженная артистка, сейчас подали документы на присвоение ей звание народной артистки России, она — лидер труппы, но кто ее знает?!.. Знают, конечно, но другие ее однокурсники имеют более завидную судьбу и в театре, и в кино. После Монюкова был период правления Лонского, который поставил в Новом драматическом театре «Старый дом», которая открыла не только одного Алексея Казанцева, но и поколение «новой волны». В театр выбирались, ездили специально, но таких отчаянных зрителей не могло хватить надолго, да и время было тогда другим. После Лонского одиннадцать лет театром руководил Борис Александрович Львов-Анохин, демонстрировавший высочайший уровень театральной культуры. Несколько раз, когда они играли во МХАТе, я видел его спектакли и всякий раз поражался тому, как удавалось Львову-Анохину в этом «провинциальном» театре добиваться такого высокого класса.

     — Так что же мешает идти по его стопам?

     — Спектакли, даже лучшие, не меняли судьбы. Судьбы актеров, судьбы самого театра. Чтобы изменить судьбу, недостаточно серьезного театрального уровня, необходимо поменять условия жизни. Я очень хочу ставить спектакли, но прежде всего я хочу, чтобы эти спектакли кто-нибудь видел. После всех дефолтов, аренда площадки в центре Москвы стала неподъемной для такого театра, как Новый драматический… Пожалуй, единственное, чем может кормиться такой театр, — это детская сказка.

     — Если так много трудностей, прежде всего — трудностей объективных, то есть от вас не зависящих, как вообще случилось, что вы оказались во главе этого театра?

     — Поскольку я ушел из Московского художественного театра и оказался вне реального театра, то само предложение возглавить театр показалось мне интересным. Тем более, что одновременно оно пришло с двух сторон. С одной стороны, ко мне обратилась часть артистов, знающих и мои спектакли и меня, с другой — Комитет по культуре еще до моего ухода из Художественного театра среди других обсуждал и мою кандидатуру. Я долго не давал согласие и не могу сказать, что сегодня я все понимаю… Но все-таки согласился в надежде, что удастся сделать что-то хорошее.

     — Вы уже думали о каком-то конкретном помещении?

     — Дело в том, что Борису Александровичу удалось получить помещение в центре города — бывший кинотеатр «Форум». Но потом его отобрали, не предупредив, и передали здание Владимиру Спивакову и его оркестру. Но через некоторое время и Спиваков от «Форума» отказался. Сейчас здание, насколько мне известно, ни за кем не закреплено. Я хотел бы вернуться к документу о передаче его Новому драматическому театру.

     — Насколько мне известно, речь шла о проблемах этого дома — там вроде бы затоплены подвалы…

     — Если возможно будет вернуть это здание театру, идеи как поднять его имеются. Все возможно, было бы только желание правительства Москвы.

     — А что делать с залом на улице Проходчиков?

     — Можно играть в нем, как в филиале, например, работая для публики этого района. Надо понять, какова она — реальная публика, как часто там можно играть, как часто менять репертуар. Во всяком случае содержать театр только для этого района было бы странно. В свое время чего только не придумывали, чтобы обосновать такое месторасположение. Было, что пускали специальные автобусы от метро. Потом они сломались и про автобусы забыли. Расклеивали рекламу на всех столбах, но и это не помогало. Занимали звезд и все равно публики не становилось больше. Поймите, чтобы поехать сюда из другого района Москвы, надо потратить три часа на дорогу туда и обратно, плюс два с половиной часа спектакль. Это же целый день! Так что первым делом надо изучить возможности места. Дальше — искать выход.

     — И все же: есть ли уже у вас творческая программа?

     — Я так скажу: я подписал контракт на три года. Что касается программы, то я действительно не могу пока сказать, какою она будет. Ставить спектакли для самого себя мне малоинтересно. В фильме «Людвиг» есть такая сцена, где герой ставит спектакли для себя, а затем, сидя в одиночестве в пустом зале еще и делает замечания артистам… Я бы такого себе не пожелал.

     — То есть, вы не будете сейчас ставить?

     — В первом полугодии должны выйти спектакли, запущенные еще до меня. Василий Федоров ставит оперу «Капитанская дочка», Михаил Ремизов репетирует «Стеклянный зверинец» Теннесси Уильямса, Карен Нерсесян ставит пьесу Франсуазы Саган «Сиреневое платье Валентины». Совершенно необходимо, чтобы в первом полугодии в театре появился детский спектакль. Я собираюсь пригласить сейчас режиссера, который к зиме выпустит детскую сказку, которой можно будет зарабатывать хоть какие-то, пусть и минимальные деньги. К концу года я надеюсь понять, какие у театра возможности, какие невозможности. И объявлю план. Названий у меня много, но в первую очередь надо понять, зачем то или это нужно здесь и сейчас. Название рождается из большого количества обстоятельств.

     — Собираетесь ли вы занимать артистов или режиссеров, освобождающихся сейчас в процессе реформы во МХАТе имени Чехова?

     — Последнее, что до меня дошло — что Олег Павлович Табаков категорически запретил артистам играть на стороне, поскольку они должны представлять только марку Художественного театра. Даже если у них нет работы во МХАТе. Но артисты, как известно, народ эмоциональный, так что тут возможны перехлесты и преувеличения. Многие артисты должны еще определиться, остаются они в театре или нет. Те, кто со мной работал во МХАТе, готовы в той или иной форме продолжить сотрудничество — актеры поздравили меня с назначением и выразили надежду, что еще встретимся и поработаем. Думаю, что могут быть приглашение на какую-то работу, на разовые, а может быть, кто-то согласится и перейти. Но между Художественным и Новым драматическим театром — дистанция не только географическая, она ведь еще и в разных положениях, и в финансах. Хотя при Львове-Анохине театр работал на довольно высоком уровне, были серьезные рецензии, высокие оценки, разница в весовых категориях все равно оставалась и остается, конечно.

     — И все-таки, вы сами что-то собираетесь делать или нет?

     — Я надеюсь, что начну репетировать в декабре и, соответственно, выпущу спектакль в конце февраля. Может быть, начну сразу два спектакля, хотя по контракту в мои должностные обязанности художественного руководителя постановка спектаклей не входит. Но поскольку я режиссер, то, наверное, какие-то спектакли буду ставить… Главное для меня сейчас — не спектакли, а кто их будет смотреть, где будем играть, сможем ли платить аренду. Комитет по культуре открещивается от решения этих вопросов, говоря: «Вы же знаете, как трудно…» Я отвечаю: «Не знаю, поскольку вижу, как решаются рядом те же вопросы». Хотя бюджет на следующий год уже сформирован, я буду настаивать на поправках. Не могу же я целый год отвечать за театр, если бюджет сформирован до меня. До конца сентября еще поправки внести можно и я надеюсь, что внесут статью об аренде помещения в центре. Может быть, Комитет по культуре возьмет на себя смелость заключить договор с каким-то театром или даже кого-то обязать. Провинциально играть то на одной арендованной площадке, то на другой, а если будет известно, что по понедельникам, например, Новый драматический играет в каком-то конкретном театре, появится возможность привлечь публику.
2001
На пиру у старосветских помещиков, Алена Карась, Российская газета, 27.12.2001
Всего понемногу, Алиса Никольская, Ваш досуг, 10.12.2001
Дело было вечером, Культура, 6.12.2001
Выход из провинции, Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 1.12.2001
Александр Семчев: «Я люблю кормить людей», Алексей Филиппов, Известия, 26.11.2001
Для царей, Лариса Давтян, Новое время, 11.11.2001
Журналистка “МК” стала Лениным, Марина Райкина, Московский комсомолец, 10.11.2001
Егор Бероев: внук майора Вихря, Елена Фомина, ТВ Парк, 8.11.2001
Косметический ремонт, Нина Агишева, Московские новости, 6.11.2001
Титан и воробушек, Ольга Галахова, Ваш досуг, 5.11.2001
Правда и ложь трагедии, Елена Гинцберг, dell’APT, 1.11.2001
«Чайка» навсегда, Марина Мурзина, АиФ Москва, 31.10.2001
Чучело птицы?, Григорий Заславский, Российская газета, 31.10.2001
«Чайка» двадцать лет спустя, Ирина Корнеева, Время МН, 30.10.2001
Иногда они возвращаются, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 26.10.2001
Чайку бы, Антон Красовский, Независимая газета, 25.10.2001
«Чайка» опять полетела, Роман Должанский, Коммерсант, 25.10.2001
Спектакль по расписанию, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 20.10.2001
Он вошел в смерть, как в роль, Надежда Келлер, Собеседник, 15.10.2001
Глазами клоуна, Ольга Егошина, Вёрсты, 9.10.2001
Приговоренные к жизни, Ирина Алпатова, Культура, 4.10.2001
Погиб поэт, невольник чести, Валентина Львова, Комсомольская правда, 3.10.2001
Оля Мухина и ее «Ю», Марина Мурзина, АиФ Москва, 3.10.2001
Зачем вы, девушки, идете в камикадзе?, Валентина Львова, Комсомольская правда, 2.10.2001
Фивы наших дней, Ирина Корнеева, Время МН, 2.10.2001
Драма идей, Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 2.10.2001
Братская могила, Антон Красовский, Независимая газета, 2.10.2001
Да-да, нет-нет Оли Мухиной, Константин Александров, dell’APT, 1.10.2001
Могу лететь? - Лети!, Елена Гинцберг, dell’APT, 1.10.2001
Москва слезам не верит, Юрий Алесин, www.MoscowOut.ru, 1.10.2001
Когда разгуляется — 2, Известия, 1.10.2001
От эдипова комплекса мы излечились, Елена Дьякова, Газета.Ru, 1.10.2001
Трагическая скука, Марина Давыдова, Время Новостей, 1.10.2001
Год Креона, Алексей Филиппов, Известия, 30.09.2001
Борьба за труп на сцене МХАТ, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 29.09.2001
Антигона за железным занавесом, Любовь Лебедина, Труд, 29.09.2001
Темур Чхеидзе: «Одной правды не бывает», Юлия Кантор, Известия, 28.09.2001
«Ю» Ольги Мухиной во МХАТе им. Чехова, Джон Фридман, “Moscow Times”, 27.09.2001
Чай, кофе, потанцуем, Антон Красовский, Независимая газета, 27.09.2001
Улеты во сне и наяву, Ирина Алпатова, Культура, 27.09.2001
Молодая кровь, Григорий Заславский, Русский журнал, 26.09.2001
А у нас в квартире газ, Марина Давыдова, Время Новостей, 25.09.2001
Интер(офф)вью 4: Олег Табаков, Русский Журнал, 25.09.2001
Разбиваются сердца под воздействием винца, Марина Райкина, Московский комсомолец, 25.09.2001
Из жизни шпрот, Алексей Филиппов, Известия, 24.09.2001
Интервью Олега Табакова, Эхо Москвы, 23.09.2001
Возвращение в кабалу, Ольга Егошина, Вёрсты, 22.09.2001
Осколки разбитого вдребезги, Елена Дьякова, Газета.Ru, 22.09.2001
Куда летим, командир?, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 21.09.2001
Время Ю, Ирина Корнеева, Время МН, 20.09.2001
Одной звезды я повторяю имя, Юрий Фридштейн, Литературная газета, 19.09.2001
Мольер упал… У нас несчастье…, Наталья Казьмина, Труд, 15.09.2001
Мольеру не хватило места, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 14.09.2001
Обман зрения на премьере, Даль Орлов, Век, 14.09.2001
Влюбленный Мольер, Ольга Романцова, Вести.Ru, 14.09.2001
Я — комедиант. Ничтожная роль?, Наталия Каминская, Культура, 13.09.2001
По третьему кругу, Екатерина Васенина, Независимая газета, 13.09.2001
Жил да был один Мольер по прозванью Табаков…, Валентина Львова, Комсомольская правда, 11.09.2001
Лучше — только любовь, Ирина Корнеева, Время МН, 11.09.2001
Мольер по завещанию, Роман Должанский, Коммерсант, 11.09.2001
Некоролевские игры, Марина Давыдова, Время Новостей, 11.09.2001
Песнь о вещем Олеге, Екатерина Васенина, Независимая газета, 11.09.2001
Кабала во МХАТе, Ольга Галахова, Русский журнал, 11.09.2001
Кабала рынка, Елена Дьякова, Газета.Ru, 10.09.2001
Красота с двумя антрактами, Алексей Филиппов, Известия, 10.09.2001
МХАТ открыл сезон, Юлия Кантор, Известия, 9.09.2001
К нашим зрителям, Олег Табаков, 8.09.2001
Реставрация, Олег Зинцов, Известия, 2.09.2001
Адольф Шапиро: «Я только теперь понял, как тяжело Табакову», Марина Давыдова, Время новостей, 20.08.2001
Так победим. Без восклицательного знака, Анатолий Смелянский, Известия, 14.08.2001
Олег Табаков: Я отменил во МХАТе демократию, Андрей Ванденко, Комсомольская правда, 27.07.2001
И мы идем по кругу..., Анатолий Смелянский, Известия, 24.05.2001
Чудеса нумерологии, Елена Ковальская, Ведомости, 19.04.2001
Вечера на хуторе близ Бродвея, Раиса Саенко, Вечерний клуб, 13.04.2001
Чертова дюжина приколов, Ирина Алпатова, Культура, 12.04.2001
Похождения мужского тела, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 11.04.2001
Счастливый номер Владимира Машкова, Алексей Филиппов, Известия, 10.04.2001
Аншлаг, аншлаг…, Елена Ямпольская, Новые известия, 10.04.2001
Номер 13, Елена Ковальская, Афиша, 10.04.2001
Номер удался, Марина Давыдова, Время новостей, 9.04.2001
Комедия в клеточку, Ирина Корнеева, Время МН, 7.04.2001
Александр Семчев: «Пиво пью редко», Виталий Сычевский, Семья, 1.03.2001
Владимир Машков: Я веду себя как законченный эгоист, Алексей Филиппов, Известия, 28.02.2001
Чайка по имени Женя, Нина Алексеева, Россия, 21.02.2001
Зазеркалье. Встреча третья: Олег Табаков, Зоя Богуславская, Ozon.ru, 1.02.2001