ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

И мы идем по кругу...

Анатолий Смелянский, Известия, 24.05.2001
На рубеже веков тема исчезающей советской цивилизации обрела для меня совершенно конкретный человеческий образ и?облик. Не?стало Олега Ефремова. Двадцать наших совместных лет, венчавших век Художественного театра, захотелось закрепить в?слове. Остро захотелось. Так возникла книга ?Уходящая натура?, главку из?которой я?решаюсь предложить читателям ?Известий?. Есть повод вспомнить главного героя и?протагониста мхатовской драмы: сегодня исполняется ровно год со?дня его ухода. * * *
Куда смотрит Чехов?
Осенью 98-го года открывали пешеходную зону в?Камергерском. Новый облик переулка?? ефремовская предсмертная затея и?лужковское воплощение. В?канун столетия МХАТа в?Камергерский нагнали сотни людей, работали круглосуточно, все фасады покрасили, лавочки и?фонари расставили, даже памятник Чехову успели водрузить. Место выбрали не?очень удачное: там много лет был общественный сортир. Но?тем не?менее облагородили пространство, и?у?О.Н. было чувство гордости от?того, что хоть что-то удалось сделать. На?открытии памятника были Александр Солженицын, Юрий Любимов. Все говорили речи, О.Н. рассуждал на?свою любимую тему: объективность Чехова, неприязнь к?проповеди, ко?всяческим ярлыкам и??измам?. Попросил меня найти цитату из?одного чеховского письма, которое он?считал принципиальным. Это письмо напомнил толпе, собравшейся перед МХАТом: ?Я?не?верю в?нашу интеллигенцию, лицемерную, фальшивую, истеричную, невоспитанную, ленивую... не?верю даже когда она страдает и?жалуется, ибо ее?притеснители выходят из?ее?же?недр. Я?верую в?отдельных людей, я?вижу спасение в?отдельных личностях, разбросанных по?всей России, там и?сям,?? интеллигенты они или мужики,?? в?них сила, хотя их?и?мало?.

Ефремов с?надеждой заметил, что отныне Чехов будет смотреть на?Художественный театр и?театр должен будет чувствовать на?себе этот взгляд. В публике, собравшейся перед памятником, возникла дискуссия на?тему, куда же?действительно смотрит Чехов. Выяснилось, что на?Художественный театр он?как раз не?смотрит, а?смотрит в?сторону Тверской улицы. В.?Невинный разрешил спор смешным замечанием: ?Важно, что Чехов, в?отличие от?многих иных памятников, не?смотрит вдаль?.

Перед открытием памятника в?кабинете О.Н. с?Солженицыным. Они знакомы с?современниковских времен. Тогда хотели ставить ?Оленя и?шалашовку?, Александр Исаевич читал пьесу труппе, Ефремов часто вспоминал его звуковой реализм в передаче зэковских интонаций. Скажет реплику, потом повторит ее по-другому, в иной интонационной оснастке. Пьесу, естественно, не разрешили. ?Олень и шалашовка?, поставленная в годы свободы, успеха не имела. Ни?в?интонацию пьесы не?попали, ни?в?интонацию времени. С?Солженицыным О.Н. почти не?виделся: он?как бы?из?Вермонта для него еще не?вернулся. Публичный отказ писателя от?ельцинского ордена вызвал его одобрение. Только не?понравилось, что важный жест сделан на?сцене Таганки, то?есть театрализован. У?него выработалась какая-то глубокая неприязнь к?явно выраженным формальным вещам: и?в?искусстве, и?в?жизни.* * *
Мхатовские сосьетеры
Он?искал пьесу, в?которой он?мог бы?выразить себя, покидающего мир. После ?Трех сестер? это было трудно. Не?сомневаюсь, что он?сознавал завещательный характер того спектакля. Тем не?менее жизнь еще не?была исчерпана и?надо было исполнять свои обязанности. В?его сознании возникали самые разные идеи. То?он?начинал репетировать полуабсурдистскую пьесу Михаила Угарова о?Ленине в?Женеве, то?обсуждал с?Сашей Гельманом ?перестройку? его пьесы?? фарса о российских выборах. Постоянно возникала тема ?Гамлета?. Ходил смотреть Шекспира в?постановке Петера Штайна. Ему мало что нравилось в?последние годы. И?чем меньше нравилось, тем упорнее ходил. Казалось, ходит в?поисках каких-то новых подтверждений, что театр актера погибает, что все идут не?в?ту?сторону и?ему надо что-то такое сделать и?сотворить, чтобы открыть истину. Иногда его вылазки во?внешний мир совсем озадачивали: пошел смотреть у?Камы Гинкаса ?Золотого петушка?, сидел вместе с?детьми в?фойе ТЮЗа. У?Калягина на??Шейлоке? появился вместе с?Л.?Максаковой, сидел в?проходе, сразу за?моей спиной. Годы приучили меня чувствовать его настроение даже спиной. Он?тяжело дышал и?в?антракте ушел.

До?последнего вздоха думал о?какой-то финальной реформе мхатовской жизни. Это стало почти навязчивой идеей. В?Париже он?из?госпиталя вырвался и?посмотрел ?Вишневый сад? в??Комеди Франсез?. С?кем-то там поговорил и?вернулся в?Москву с?ощущением, что нашел наконец верную структуру для Художественного театра. Стал внушать актерам, что у?нас тоже должны быть свои сосьетеры и?оноре. Наши стеснялись переспросить, что эти слова значат. Никто не?перечил, не?интересовался переводом. Ему давали поиграть в?этих самых сосьетеров и?оноре.

Но?он?не?играл. Не?утратив своей уникальной интуиции, он?обдумывал ситуацию Художественного театра, который давно переродился, изменил свою природу. Это уже не?был театр идеи, подчиненный одной мощной творческой воле. Причисленный к??национальному достоянию?, МХАТ становился дублем Малого театра. Он?был обречен на?вечность. Надо было найти форму, соответствующую новому положению вещей.

Тему сосьетеров он?обсуждал в?больницах, вызывал к?себе то?одного, то?другого актера. Он?разуверился во?врачах, ненавидел ?кремлевку?. В?одной из?больниц окончательно решил, что начинает репетировать ?Сирано де Бержерака?.

Когда-то эту пьесу ставили в??Современнике?, у?него осталась память о?хорошем переводе Ю.?Айхенвальда, а?еще больше о?самом Айхенвальде, грустном застенчивом человеке и?поэте. Никакого интереса к?Ростану, вообще к?псевдоромантическим вещам у?него не?было. Ему хотелось поставить этой пьесе русское дыхание, пересадить ее?на?реальную почву.

Он?долго бился над сочинением пролога. Там должны были появиться некие Сережа и?Рая, которые потом трансформировались в?Сирано и Роксану. Фантазируя, он?приникал к?исходной точке своей собственной жизни. Утро, коммуналка, Сергей курит, женщина пристает с?ласками: ?Да?подожди ты, я?еще зубы не?чистил?. Кто ему только не?писал этот пролог, каких только вариантов не?обсуждали. Я?не?участвовал во?всем этом, знаю со?слов актеров. Был даже вариант с?каким-то дядей из?Израиля, который попадает в?коммуналку. Однажды он?сам попытался сочинить нечто вроде стихотворения или плана поэмы. Этот листочек сохранился. Звучит тема круга, циркуля, каких-то геометрических форм, которые передают бесконечную изменчивость и?бесконечную стабильность бытия. ?И мы идем по кругу?//?К?началу своему?. Движет всем любовь, а?символом жизни объявляется дерево растущее. ?Вот здесь оно должно стоять?//?Едрена мать?. Финальная ?едрена мать? идет отдельной строкой и?с?заглавной буквы. Без этого аккорда нет Ефремова.

Он?репетировал, чтобы поддержать в?себе жизнь. Это все понимали. Репетиции походили на?сеанс психотерапии. Иногда он?репетировал в?театре, чаще?? у?себя дома. Поджидал артистов, спрашивал: чего новенького. Ничего особенно новенького не?было. На?репетициях подолгу замирал, погружался в?свои мысли. Иногда паузы длились несколько минут. Сирано не?был его единственным лирическим героем в?этой истории. Он?сказал Виктору Гвоздицкому, что сцена, которая вызывает у?него слезы при одиноком чтении, сцена у?балкона, когда Сирано говорит за?Кристиана. Сострадание адресовалось именно Кристиану, человеку, не?могущему выразить распирающие его чувства.* * *
Белградские колокола
Наши встречи становились все более редкими и?все более насыщенными. Он?подводил свои итоги. Вспоминал какую-то реплику из??Двух капитанов? В.?Каверина, в?которых он?играл еще в?Центральном Детском: ?Несчастья преследовали нас?. Они его действительно преследовали, и?он?находил свой способ преодоления скуки эпилога. Религиозной помощи у?него не?было, но?какую-то свою веру, выношенную за?годы советской жизни, в?себе сберег. Любил повторять чеховскую мысль по?поводу ?веры? и??неверия?. Жизнь расположена между двумя полюсами, между ?не?верую? и??верую?, и?вот это расстояние надо пройти. Как в?хорошем актерстве, жизнь и?вера заключены не?в?результате, а?в?процессе постижения или проживания. Он любил это слово?? ?проживание?, даже заменил им?станиславское ?переживание?.

Он?примеривался к?уходу. В парижском госпитале ему не?спалось, выходил в?коридор курить, наблюдал ночную жизнь больницы. Раз поздней ночью из?соседней палаты вынесли умершего пациента, которого он?за?несколько часов до?этого видел в?коридоре живым и?даже пытался с?ним пообщаться. Санитары сунули его соседа в?черный полиэтиленовый мешок с?молнией, и?его поразило, что мешок этот оказался очень маленьким. Рассказывал об?этом с?нежной улыбкой, прикидывая на?себя.

Его интервьюировала журналистка Би-би-си (это было после премьеры ?Трех сестер?). Англичанку очень интересовал финал: зачем, мол, режиссер убрал чеховский дом и?оставил женщин наедине с?пугающим пространством. ?Это такой пессимизм у?вас?? Он?улыбнулся: ?Нет, это не?пессимизм, это жизнь. Это ведь не?финальная точка, а?только пауза. Жизнь возродится непременно и?с?той неизбежностью, с?какой зима сменяет осень, а?весна зиму?. Он?чувствовал глубочайший смысл в?том, что все четыре времени года у?Чехова присутствуют. Он?хотел передать эту цикличность, много говорил об?этом с?актерами, с?Левенталем. Из-за этой натурфилософии кто-то назвал его ?метеорологическим режиссером?. Он?соглашался с?этим званием.

До?последнего дня жил надеждой переформировать труппу, создать наконец театральную семью. Его понимание актерской психологии было одновременно очень высоким и?очень жестоким. Второе вытекало из?первого. Он?знал, как быстро уродуется личность актера, как легко он?соскакивает в?эксплуатацию своего дара, в?дешевку. Презрение к?каботинству, к?пошлости было в?основе его отношений с?актерским миром. Однажды в?Белграде в?комнатенке за?сценой к?нему подошла местная звезда, стала чем-то восхищаться или за?что-то благодарить. При этом очень по-актерски смеялась и?жестикулировала. Когда звезда испарилась, он?вдруг сформулировал: ?Вот типично актерское лицо. Все мышцы переродились от?вранья?. Там же, в?Белграде, на?следующий день была конференция, и?другая артистка гневно обличала руководство местного театра и?всех на?свете за?то, что она мало играет. Дело происходило близко к?полудню, зазвонили, переливаясь то?слабым, то?сильным распевом, колокола ближайшего собора. Артистка не?обратила на?колокола ни?малейшего внимания, продолжала гневно обличать своих театральных врагов. И?тогда О.Н. с?явным сочувствием, как терапевт к?больному, без переводчика обратился к?актрисе: ?Ну, подождите минуточку, остановитесь, послушайте"?? и?указал рукой ввысь, откуда лился торжественный перезвон.

Зал замер на?несколько секунд. Такие важнейшие секунды когда-то искал в?искусстве молодой Художественный театр.

Он?мыслил категорией театра как целого, хотел, чтобы актер понимал свою соподчиненность высшему целому. Он?хотел, чтобы актеры слышали эти самые колокола. Его разлады с?актерами, его споры и?конфликты с?ними (особенно с?самыми талантливыми) вырастали на?этой почве. Актер мыслит театр в?категориях своего успеха и?неуспеха. И?в?этом правда его жизни. О.Н. измерял любого актера успехом или неуспехом общего дела. ?Как он?поступил с?Олегом Борисовым? как он?мог вывести на?пенсию Евстигнеева?"?? десятки этих и?иных вопросов он?оставил без ответа. Образ его идеального Театра завис в?пустоте. Некоторые из?его постоянных друзей и?оппонентов сохранили документальные следы таких конфликтов. Мне довелось читать переписку О.Н. с?А.?Калягиным, который не?раз обращался к?Ефремову с?гневными письмами, пытался внушить ему, что он?своим максимализмом и?жестокостью больно ранит актера, ломает его и?не?чувствует своей ответственности перед ним. Один раз в?Свердловске О.Н. ответил письмом (редкий случай). В?его ответе все тот же?единственный объясняющий мотив: ?Ваше беспокойство о?Вашей творческой жизни в?театре, к?сожалению (и?в?этом виноваты не?Вы, а?условия жизни театра в?настоящем), не?связано с?беспокойством о?творческой судьбе театра?. И?дальше про судьбу той группы актеров, которая должна ?возродить и?двинуть этот театр дальше?.

Видимо, письмо он?сочинял в?сильном волнении, если перешел с?Сашей Калягиным на?подчеркнутое ?Вы?.

До?конца своих дней не?потерял интереса к?социальным коловращениям, хотя ни?к?одной партии не?примкнул и?ни?в?какую политическую тусовку не?вошел. Брезговал. ?Патриотическую? идею не?понимал так же, как не?понимал ее? Л.?Толстой. ?Хотите создать союз любви к?своим матерям, что ли? Ну?давайте?. Это один из?его комментариев. Черносотенство тоже толковал по-своему, из?глубины. В?одной беседе, записанной для телевидения, стал говорить о?сталинском МХАТе, о?страхе, который правил крупнейшими людьми. Именно тут вспомнил о?душке антисемитизма, который разлагал театр. Сказал это слово, потом подумал и?нашел гораздо более емкое понятие: ?Нет, не?то. БЕЗДУМЬЕ?. При этом лично оскорблялся выражением ?новый русский?. Среди ?новых русских? видел много талантливых и?образованных людей, которым предстоит обновить страну. ?Зачем же?вы?бандитов называете новыми русскими? Так и?называйте?? бандитами?.

Беспрерывно возвращался к?теме русской смуты и?русской свободы. Об?этом ставил своего ?Годунова?. Свободу без внутренней ответственности человека полагал губительной. ?А?я?свободен убивать, а?я?свободен грабить. Значит, такому человеку и?не?надо давать свободу. Значит, такой человек или такая страна и?не?заслуживают свободы?. Это все из?того же?телевизионного интервью, которое так и?не?вышло в?эфир.* * *
Китайские церемонии
К?его семидесятилетию возникла книжка: наполовину его, наполовину о?нем. Собрали массу фотографий, разложили их?на?столе, и?он стал эти фотографии комментировать. Потом из?этих комментариев сделали подписи под фотографиями. Говорил об?отце, о?коммуналке на?Арбате, о?Школе-студии, где он?шарахнул на?вступительном экзамене ?Желаю славы я?, о?том, как кровью расписался в?верности Станиславскому (вместе с?Алексеем Аджубеем, будущим зятем Хрущева, который начинал учиться в?мхатовской школе). Потом пошли пятидесятые-шестидесятые, Хрущев, ?Современник?, Мастроянни, Эдуардо де?Филиппо, Аксенов, Розов, Евстигнеев, Табаков, Фурцева, приход в?Художественный театр, ?старики?. К97-му году доползли часа через два. Под занавес я?спросил его, думает ли?он?о?будущем Художественного театра без него. Он?ничего не?ответил, только глубоко затянулся сигаретой. Мой вопрос и?его неответ стал подписью под последней фотографией: рука с?дымящейся сигаретой у?лба, глаза полузакрыты. Одна из?самых характерных его поз последних лет.

На презентации его книги в?Петербурге рассмешил всех замечанием, что книги своей он?еще не?читал. В?последние месяцы не?раз пытался заглянуть в?будущее. Открывал наугад страницу, тыкал пальцем в?судьбу. Один раз открылась строка: ?И?умрешь ты?смертью храбрых?.

В?конце мая 2000 года группа мхатовцев была на?Тайване, готовились сыграть ?Дядю Ваню?. Мне предстояло прочитать островным китайцам несколько лекций о?Чехове, о?Станиславском, о?Булгакове. Много лет я?не?ездил с?мхатовцами на?гастроли, но?на?этот раз почему-то захотелось поехать, посмотреть экзотический остров. За?день до?поездки О.Н. позвонил мне и?сказал, что после Тайваня надо обязательно встретиться и?серьезно поговорить. Слово ?серьезно? почему-то вызвало у?меня смех, он?даже обиделся. ?Нет, ты?давай как-то решай, что для тебя главное. Надо что-то делать с?театром?.

Вечером 24 мая я?читал лекцию в?малом зале Дворца культуры имени Чан Кайши. Незадолго до?финала в?зал вошла заместитель директора театра Ирина Карчевникова и?сделала такой жест, каким тренеры показывают судье, что необходим тайм-аут. Я?не?понял, продолжал говорить. После лекции, на?Тайване был уже поздний вечер, узнал, что в?пять часов дня в?Москве умер О.Н. Утром была репетиция ?Сирано?, когда актеры расходились, Ефремов предложил Гвоздицкому еще немного посидеть у?него. ?Давай вместе ?Новости? посмотрим?. Он?старался не?пропускать ни?одной новостной программы. Посмотрел трехчасовые ?Новости? по?ОРТ, может быть, успел посмотреть и?четырехчасовые на?НТВ, потом заснул и?уже не?проснулся.

На?Тайване с?нашим переводчиком и?профессором-китаеведом обсуждали, как сообщить зрителям, что режиссер русского спектакля, который им?предстоит посмотреть, скончался. Китаист огорошил, что у?китайцев не?принято сообщать о?смерти так, как это делается у?нас. Не?должно быть подчеркнутой скорби, не?надо усиливать трагизм или даже драматизм момента. Здесь принято чуть согнуться в?поклоне (показал как), найти соответствующую улыбку и?сообщить о?факте смерти. Улыбка означает, что человек перешел в?иной лучший мир и?это надо принять если не?с?благодарностью, то?с?почтением. Когда он?показывал траурную улыбку и?поклон, приличествующий случаю, я?подумал, что О.Н. оценил бы?по?достоинству китайскую философию жизни.

Месяца за?три до?смерти у?него дома шел разговор об?интервью Сергея Аверинцева. Говорили о?взрывном эффекте затертой цитаты в?хорошем тексте. Вспомнили строки Пастернака, процитированные Аверинцевым: ?Я?говорю за?всю среду, с?которой я?имел в?виду сойти со?сцены и?сойду?. Он?попросил прочитать строки еще раз. Помолчал. Скрытая дальнобойная сила пастернаковских слов, видно, зацепила его душу. * * *


Почти полвека он?говорил ?за всю среду?. Его среда, его театр, его цивилизация сошли со?сцены. 24 мая 2000 года наступил его черед.
2001
На пиру у старосветских помещиков, Алена Карась, Российская газета, 27.12.2001
Всего понемногу, Алиса Никольская, Ваш досуг, 10.12.2001
Дело было вечером, Культура, 6.12.2001
Выход из провинции, Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 1.12.2001
Александр Семчев: «Я люблю кормить людей», Алексей Филиппов, Известия, 26.11.2001
Для царей, Лариса Давтян, Новое время, 11.11.2001
Журналистка “МК” стала Лениным, Марина Райкина, Московский комсомолец, 10.11.2001
Егор Бероев: внук майора Вихря, Елена Фомина, ТВ Парк, 8.11.2001
Косметический ремонт, Нина Агишева, Московские новости, 6.11.2001
Титан и воробушек, Ольга Галахова, Ваш досуг, 5.11.2001
Правда и ложь трагедии, Елена Гинцберг, dell’APT, 1.11.2001
«Чайка» навсегда, Марина Мурзина, АиФ Москва, 31.10.2001
Чучело птицы?, Григорий Заславский, Российская газета, 31.10.2001
«Чайка» двадцать лет спустя, Ирина Корнеева, Время МН, 30.10.2001
Иногда они возвращаются, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 26.10.2001
Чайку бы, Антон Красовский, Независимая газета, 25.10.2001
«Чайка» опять полетела, Роман Должанский, Коммерсант, 25.10.2001
Спектакль по расписанию, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 20.10.2001
Он вошел в смерть, как в роль, Надежда Келлер, Собеседник, 15.10.2001
Глазами клоуна, Ольга Егошина, Вёрсты, 9.10.2001
Приговоренные к жизни, Ирина Алпатова, Культура, 4.10.2001
Погиб поэт, невольник чести, Валентина Львова, Комсомольская правда, 3.10.2001
Оля Мухина и ее «Ю», Марина Мурзина, АиФ Москва, 3.10.2001
Зачем вы, девушки, идете в камикадзе?, Валентина Львова, Комсомольская правда, 2.10.2001
Фивы наших дней, Ирина Корнеева, Время МН, 2.10.2001
Драма идей, Григорий Заславский, Театральное дело Григория Заславского, 2.10.2001
Братская могила, Антон Красовский, Независимая газета, 2.10.2001
Да-да, нет-нет Оли Мухиной, Константин Александров, dell’APT, 1.10.2001
Могу лететь? - Лети!, Елена Гинцберг, dell’APT, 1.10.2001
Москва слезам не верит, Юрий Алесин, www.MoscowOut.ru, 1.10.2001
Когда разгуляется — 2, Известия, 1.10.2001
От эдипова комплекса мы излечились, Елена Дьякова, Газета.Ru, 1.10.2001
Трагическая скука, Марина Давыдова, Время Новостей, 1.10.2001
Год Креона, Алексей Филиппов, Известия, 30.09.2001
Борьба за труп на сцене МХАТ, Марина Райкина, Московский Комсомолец, 29.09.2001
Антигона за железным занавесом, Любовь Лебедина, Труд, 29.09.2001
Темур Чхеидзе: «Одной правды не бывает», Юлия Кантор, Известия, 28.09.2001
«Ю» Ольги Мухиной во МХАТе им. Чехова, Джон Фридман, “Moscow Times”, 27.09.2001
Чай, кофе, потанцуем, Антон Красовский, Независимая газета, 27.09.2001
Улеты во сне и наяву, Ирина Алпатова, Культура, 27.09.2001
Молодая кровь, Григорий Заславский, Русский журнал, 26.09.2001
А у нас в квартире газ, Марина Давыдова, Время Новостей, 25.09.2001
Интер(офф)вью 4: Олег Табаков, Русский Журнал, 25.09.2001
Разбиваются сердца под воздействием винца, Марина Райкина, Московский комсомолец, 25.09.2001
Из жизни шпрот, Алексей Филиппов, Известия, 24.09.2001
Интервью Олега Табакова, Эхо Москвы, 23.09.2001
Возвращение в кабалу, Ольга Егошина, Вёрсты, 22.09.2001
Осколки разбитого вдребезги, Елена Дьякова, Газета.Ru, 22.09.2001
Куда летим, командир?, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 21.09.2001
Время Ю, Ирина Корнеева, Время МН, 20.09.2001
Одной звезды я повторяю имя, Юрий Фридштейн, Литературная газета, 19.09.2001
Мольер упал… У нас несчастье…, Наталья Казьмина, Труд, 15.09.2001
Мольеру не хватило места, Глеб Ситковский, Вечерний клуб, 14.09.2001
Обман зрения на премьере, Даль Орлов, Век, 14.09.2001
Влюбленный Мольер, Ольга Романцова, Вести.Ru, 14.09.2001
Я — комедиант. Ничтожная роль?, Наталия Каминская, Культура, 13.09.2001
По третьему кругу, Екатерина Васенина, Независимая газета, 13.09.2001
Жил да был один Мольер по прозванью Табаков…, Валентина Львова, Комсомольская правда, 11.09.2001
Лучше — только любовь, Ирина Корнеева, Время МН, 11.09.2001
Мольер по завещанию, Роман Должанский, Коммерсант, 11.09.2001
Некоролевские игры, Марина Давыдова, Время Новостей, 11.09.2001
Песнь о вещем Олеге, Екатерина Васенина, Независимая газета, 11.09.2001
Кабала во МХАТе, Ольга Галахова, Русский журнал, 11.09.2001
Кабала рынка, Елена Дьякова, Газета.Ru, 10.09.2001
Красота с двумя антрактами, Алексей Филиппов, Известия, 10.09.2001
МХАТ открыл сезон, Юлия Кантор, Известия, 9.09.2001
К нашим зрителям, Олег Табаков, 8.09.2001
Реставрация, Олег Зинцов, Известия, 2.09.2001
Адольф Шапиро: «Я только теперь понял, как тяжело Табакову», Марина Давыдова, Время новостей, 20.08.2001
Так победим. Без восклицательного знака, Анатолий Смелянский, Известия, 14.08.2001
Олег Табаков: Я отменил во МХАТе демократию, Андрей Ванденко, Комсомольская правда, 27.07.2001
И мы идем по кругу..., Анатолий Смелянский, Известия, 24.05.2001
Чудеса нумерологии, Елена Ковальская, Ведомости, 19.04.2001
Вечера на хуторе близ Бродвея, Раиса Саенко, Вечерний клуб, 13.04.2001
Чертова дюжина приколов, Ирина Алпатова, Культура, 12.04.2001
Похождения мужского тела, Ольга Фукс, Вечерняя Москва, 11.04.2001
Счастливый номер Владимира Машкова, Алексей Филиппов, Известия, 10.04.2001
Аншлаг, аншлаг…, Елена Ямпольская, Новые известия, 10.04.2001
Номер 13, Елена Ковальская, Афиша, 10.04.2001
Номер удался, Марина Давыдова, Время новостей, 9.04.2001
Комедия в клеточку, Ирина Корнеева, Время МН, 7.04.2001
Александр Семчев: «Пиво пью редко», Виталий Сычевский, Семья, 1.03.2001
Владимир Машков: Я веду себя как законченный эгоист, Алексей Филиппов, Известия, 28.02.2001
Чайка по имени Женя, Нина Алексеева, Россия, 21.02.2001
Зазеркалье. Встреча третья: Олег Табаков, Зоя Богуславская, Ozon.ru, 1.02.2001