ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ — ОЛЕГ ТАБАКОВ
Чайка
МХТ

Режиссеры

Помощники режиссера

Радости шулеров

Ольга Егошина, Новые известия, 19.04.2007
Театр «Студия драматического искусства» выпустил премьеру по «Игрокам» Гоголя. Режиссер Сергей Женовач раздал роли классической пьесы вчерашним студентам и резко сместил акценты классического текста. Шулерская компания в его постановке состоит из вчерашних школьников, стремительно осваивающих взрослые пороки «надувательской земли».

О шулерской игре времен Гоголя известно, что «в Москве в ту пору во многих барских домах велась большая и не всегда честная игра — зачастую проигрывались десятки и сотни тысяч крепостных. Иногда игра заканчивалась трагически. Некоторые родовитые дворяне не брезговали прибегать к крапленым картам, „исправляя ошибки фортуны“. На лето игроки переносили свои действия на ярмарки, спаивая и обирая простодушных. Уголовная хроника, свидетельства мемуаристов, художественная литература сохранили красочные рассказы о подвигах шулеров». Признавая страсть к игре «сильнейшей из страстей», русские литераторы нашли в этой теме неистощимый источник сюжетов. «Игроки» Гоголя занимают почетное место среди произведений русской «шулерианы».

Пьеса «Игроки» считается Гоголем незаконченной, хотя завязка, развязка, все перипетии сюжета прочерчены и выстроены. Гоголь, вопреки традициям, не предпослал пьесе список действующих лиц (что можно объяснить специфичностью интриги, где зритель до последней минуты обманывается в смысле происходящего). Не определил писатель и жанр своей пьесы. Так что режиссеру дан карт-бланш и в определении жанра спектакля (драма или все-таки комедия, фарс или бытовая зарисовка с натуры), и в выборе возраста действующих лиц. Традиционно роли в «Игроках» раздавались ведущим актерам труппы, находящимся в расцвете сил (между тридцатью пятью и пятьюдесятью).

Сергей Женовач роздал роли молодым двадцатилетним актерам, вчерашним подросткам. Ихарев (Андрей Шибаршин) у него выглядит ровесником Глова-младшего, только-только с учебной скамьи. Милый русоволосый мальчик, полгода попортивший глаза над карточным крапом, вышел в большой свет, дуриком кого-то обыграл и нарвался на шайку мошенников. Ему предложили вступить в шулерское братство, а потом артистически надули. Шайка шулеров в этих «Игроках» также состоит из людей молодых. Лет пять назад еще в бабки во дворе играли, а теперь переместились за столы с зеленым сукном. Они пока больше увлечены самим процессом «выигрыша», чем тревожатся о его результате. В силу возраста они еще не успели ни понять цену деньгам, ни накопить собственный капитал. Афера с Ихаревым разыгрывается как школьническая проделка. Кто может быть более жестоким и более невинным, чем подростки, увлеченные игрой?

Режиссер Сергей Женовач и художник Александр Боровский создали убедительное сценическое пространство: что-то среднее между библиотекой и игорной залой. Ряды столиков, обитых зеленым сукном с горящей свечкой на каждом столе. Когда на сукне пишут мелом карточные расчеты, а потом стирают, стоит меловой дым. Трактирный слуга приносит поднос с настоящими бутербродами, бокалами вина, бутылками шампанского. Игроки с чувством и молодым голодом набрасываются на еду, и тонкий запах сыра и рыбы разносится по залу.

Сергей Женовач сблизил-сдвоил самочувствие бывших студентов, которые еще учатся актерскому мастерству с самочувствием начинающих шулеров, которые только учатся всем приемам и навыкам. «Как вы это тонко сделали», — восторгается Ихарев заходу Утешительного (Алексей Вертков). Самый увлекательный сюжет спектакля: как на наших глазах взрослеют герои, открывая для себя какие-то новые жизненные повороты и взрослеют исполнители.

Сергея Женовача всегда интересовала тема «соблазнения» юности. Была она в его волшебной «Панночке», в «Иллюзии» Корнеля, звучала как одна из центральных в «Идиоте», да и в «Горе от ума» была важна, не говоря уже о «Мальчиках» по «Братьям Карамазовым» Достоевского. И самым пронзительным моментом в «Игроках» стал приход Глова-старшего. Замечательный артист Сергей Качанов вернулся на сцену, и выяснилось, что за годы вынужденного простоя он не потерял мастерства, но приобрел какую-то удивительную человеческую значительность. Хрупкий, какой-то прозрачный немолодой человек увещевает юношей беречься от порока. Как всегда бывает, чужой опыт никого ничему не учит. И в финале Ихарев, совсем уже обиженным мальчиком, забирается под стол и горько жалуется на «надувательскую землю», где ему предстоит жить.

Строящийся театр Сергея Женовача занял в нашей столице важное и вакантное ранее место — студенческого молодежного театра. Театра, который обращен к самой требовательной, бескомпромиссной и отзывчивой части публики. И общая любовь к «Студии театрального искусства» свидетельствует, что в нашей «надувательской земле» ценят места, где играют честно, не прибегая к крапленым картам.